Читаем Илион онлайн бесплатно

– Связано ли это с Харманом, Даэманом и Сейви?

Бородач посмотрел ей в глаза:

– Возможно.

По большей части огненные следы прочерчивали небо и гасли, но один – ярче других и слышимый, будто тысяча ногтей разом чиркнула по стеклу, – дотянулся до восточного горизонта и ударил в землю, выбросив клубящееся облако пламени. Минуту спустя прокатился звук, настолько громче и ниже визга, с которым летел метеор, что у Ады заныли зубы. Следом налетел ветер, сорвавший листья с огромного вяза и поваливший почти все шатры на лугу за подъездной дорогой.

Ада вцепилась в сильную руку Одиссея, так что ее ногти до крови вонзились ему в кожу, но сама этого не заметила, а Одиссей ничего не сказал.

– Хочешь уйти в дом? – спросил он наконец.

– Нет.

Еще час они наблюдали небесное шоу. Бóльшая часть гостей покинула поместье – не найдя дрожек, одноколки или войникса, чтобы их увезли, они убегали по дороге, – но человек семьдесят учеников остались на зеленом склоне с Адой и Одиссеем. Еще несколько объектов врезались в землю, последний удар был сильнее первого. Все окна на северном фасаде Ардис-Холла вылетели, осколки дождем сыпались в вечернем свете.

– Я так рада, что Ханна сейчас в безопасности, в лазарете, – сказала Ада.

Одиссей посмотрел на нее и ничего не ответил.

О том, что сервиторы упали, им сообщил Петир.

– Что значит «упали»? – спросила Ада.

– Упали, – повторил Петир. – На землю. Не работают. Сломались.

– Чепуха, – сказала Ада. – Сервиторы не ломаются.

И хотя метеоритный ливень был ярче заходящего солнца, она повернулась к этому зрелищу спиной и повела Одиссея и Петира в дом, осторожно ступая по битому стеклу и обломкам пластмассы.

Два сервитора лежали на полу в кухне. Еще один – в спальне на втором этаже. Их динамики молчали, маленькие руки в белых перчатках повисли. На команды, тычки и пинки они не отзывались. Люди вышли обратно и обнаружили во дворе еще двух упавших сервиторов.

– Ты когда-нибудь видела неисправного сервитора? – спросил Одиссей.

– Ни разу, – ответила Ада.

Подошли еще ученики.

– Это конец света? – спросила девушка по имени Пеаэн. Непонятно было, к кому она обращается.

Одиссей долго молчал и наконец ответил сквозь несущийся с неба рев:

– Смотря что падает. – Он указал мощным пальцем в орбитальные кольца, еле различимые за фейерверком метеоритного шторма. – Если просто большие ускорители частиц и квантовые устройства, мы это переживем. А если один из четырех больших астероидов, на которых жили посты… то это действительно может быть конец света… по крайней мере того, который мы знаем.

– Что такое астероид? – спросил любознательный ученик Петир.

Одиссей только отмахнулся.

– И когда мы узнаем? – спросила Ада.

Бородач вздохнул:

– Через несколько часов. К завтрашнему вечеру – почти наверняка.

– Не то чтобы я когда-нибудь по-настоящему думала о конце света, – сказала Ада. – Однако я точно не представляла, что мир погибнет в огне.

– Если он закончится для нас, то погибнет во льду[55], – сказал Одиссей.

Все глянули на него.

– Ядерная зима, – пробормотал грек. – Если любой из этих астероидов – или достаточно большой его кусок – упадет в океан или на сушу, он выбросит в атмосферу столько мусора, что температура за несколько часов упадет на шестьдесят-семьдесят градусов Фаренгейта. Возможно, сильнее. Небо затянут тучи. Начнутся дожди, которые перейдут в снег. Он будет падать месяцы, годы, возможно, века. Планетарный тропический парник, к которому вы привыкли за последние полторы тысячи лет, покроется ледниками.

Метеор поменьше разорвал небо на севере и упал где-то в ближнем лесу. В воздухе пахло гарью. Ада видела со всех сторон отблески далеких пожаров. Она подумала, как же мало знает о мире. Что там в лесу севернее Ардис-Холла? Она никогда не отходила больше чем на милю от Ардиса или другого факс-узла. И всегда гуляла в сопровождении войниксов.

– А где войниксы? – спохватилась она.

Никто не знал. Ада с Одиссеем обошли Ардис-Холл, проверили поля и нижний луг, где войниксы обычно стояли в ожидании или обходили периметр. Нигде не было ни одного. Стали вспоминать: их не видели с той минуты, как начался метеоритный дождь.

– Ты наконец всех их распугал, – сказала Ада Одиссею, пытаясь пошутить.

Тот снова мотнул головой:

– Это настораживает.

– Мне казалось, ты не любишь войниксов, – сказала Ада. – При мне разрубил одного в первый же день здесь.

– Они что-то замышляют, – сказал Одиссей. – Возможно, близится их время.

– Что?

– Ничего, Ада-ур. – Он взял ее руку и похлопал.

«Как отец», – подумала Ада и неожиданно для себя разревелась, как девчонка. Все это время она вспоминала Хармана, свое смущение, злость, когда он рассказал о мечте стать отцом ее ребенка и чтобы ребенок знал его как отца. То, что тогда казалось нелепым, почти непристойным, теперь представлялось вполне разумным. Ада сжимала руку Одиссея и плакала.

– Смотрите! – крикнула Пеаэн.

Метеорит – не такой яркий, как другие, – падал прямо на Ардис, но под менее крутым углом. За ним по темнеющему небу (солнце наконец зашло) тоже тянулся хвост, но больше похожий на обычное пламя, чем на гудящую плазму.