Читаем Илион онлайн бесплатно
– Менструирующая женщина, – объяснил Манмут, налегая на штурвал, чтобы повернуть его влево. Тонны холодной воды окатили его с головы до ног. Из-за клубящейся алой мглы и высоких волн он уже не видел утесов, но чувствовал их близость.
– Ой, – сказал Орфу. – Как неприлично. На чем, бишь, я остановился?
– Держи круче к ветру, – подсказал Манмут.
– Держи круче к ветру! Круче! Ставь грот и фок! Держи в открытое море! Прочь от берега!
– Мы погибли! – подхватил Манмут. – Молитесь! Погибли!.. Погоди-ка!
– «Погоди-ка»? Я такого не помню.
– Да нет же, ты погоди-ка. Впереди между скал просвет.
– И туда можно заплыть?
– Если я прав и это расщелина Кандор, – сказал Манмут, – то за ней откроется водоем просторнее Коннемарского хаоса на Европе!
– Я не помню, какой ширины – Коннемарский хаос, – сознался иониец.
– Больше трех Великих озер Северной Америки и Гудзонова пролива, вместе взятых. По сути, расщелина Кандор – еще одно внутреннее море, открывающееся к северу… Тысячи квадратных километров для маневра. Никаких подветренных берегов!
– А это хорошо? – спросил Орфу, явно не желая расставаться с надеждой.
– Теперь мы можем и уцелеть, – сказал Манмут, подтягивая снасть, чтобы наполнить ветром остатки грота.
Он дождался, когда суденышко взлетит на следующую волну, и налег на штурвал, разворачивая фелюгу вправо, направляя ее нос в расширяющийся просвет береговых обрывов.
– Можем и уцелеть, – повторил он.
К полудню восьмого дня все закончилось. Только что пыльные тучи неслись над самой водой, а море расщелины Кандор испещряли белые гребни волн, затем хлынул последний кровавый ливень, и через час небо уже было ясным, море спокойным, а маленькие зеленые человечки заворочались в нишах и выбежали на палубу, словно хорошенько выспавшиеся дети.
Манмут чувствовал себя выжатым. Несмотря на подзарядку от портативных солнечных батарей, он был вымотан органически, ментально, кибернетически и эмоционально.
МЗЧ с изумлением осматривали то, что осталось от парусов, сращенные штуртросы и другие починки, сделанные Манмутом за последние три дня. Затем они встали к помпам, принялись драить кроваво-красные палубы, сшивать еще паруса, конопатить корпус, чинить мачты и распутывать снасти. Под руководством Манмута МЗЧ подняли Орфу из отсыревшего укрытия. Манмут помог принайтовить друга на палубе и растянуть над ним брезентовый навес, потом отыскал теплое солнечное местечко, где никому не будет мешать, рядом с переборкой и за бухтой троса, чтобы смягчить агорафобию, и позволил себе провалиться в полуступор. Стоило закрыть глаза, он снова увидел набегающие валы, палуба заходила ходуном, завыл ветер, хотя море сейчас было спокойным. Он открыл глаза. Корабль шел на юг, лавируя против несильного юго-западного ветра, обратно к широкому проходу, соединяющему расщелину Кандор с долинами Маринера в месте, называемом каньоном Мелас. Манмут вновь отключил зрение и позволил себе задремать.
Что-то коснулось его плеча, и Манмут проснулся. Один за другим сорок МЗЧ прошли мимо него вереницей, поочередно трогая его за плечо.
Манмут по беззвучному каналу сообщил об этом Орфу.
– Возможно, они выражают тебе благодарность за свое спасение, – сказал иониец. – Я бы точно выразил, будь у меня рука или нога, чтобы тебя похлопать.
Манмут промолчал, но в объяснение не поверил. МЗЧ никогда не выражали чувств, даже когда их переводчики скукоживались и умирали после общения с ним. И ему трудно было поверить, что они благодарны, хотя моряки МЗЧ были дельные и наверняка поняли, что без Манмута корабль бы утонул.
– А может быть, они считают тебя удачливым и трогают на счастье, – прибавил Орфу.
Прежде чем Манмут сумел выразить свое мнение об этой гипотезе, до него дошел последний МЗЧ в цепочке, но, вместо того чтобы похлопать моравека по углеволоконному плечу, встал на колени, взял правую руку Манмута и приложил к своей груди.
– О нет, – простонал Манмут, обращаясь к ионийцу. – Они снова надумали… общаться.
– Вот и отлично, – ответил Орфу. – У нас много вопросов.
– Ответы не стоят жизни еще одного маленького зеленого человечка, – возразил Манмут. Он пытался вырвать руку, а черноглазый МЗЧ с такой же силой тянул ее к своей зеленой груди.
– Возможно, стоят, – сказал Орфу. – Даже если с единицей МЗЧ и впрямь происходит нечто аналогичное нашим представлениям о смерти, в чем я сомневаюсь. К тому же инициатива исходит от него. Позволь ему осуществить контакт.
Манмут прекратил сопротивление и позволил МЗЧ притянуть его руку к своей груди –
И снова он ощутил то же тошнотворное чувство, когда пальцы погружаются в тепловатый густой раствор, а рука смыкается на пульсирующем органе размером с человеческое сердце.
– Попробуй на этот раз держать не так крепко, – посоветовал Орфу. – Если коммуникация и впрямь происходит через молекулярные пакеты органических нанобайтов, при меньшей площади контакта громкость его мыслей будет ниже.
Манмут кивнул, вспомнил, что Орфу не видит его кивка, но тут же сосредоточился на вибрациях, которые побежали по руке к мозгу.
