Читаем Илион онлайн бесплатно

Сперва им казалось, что хуже обратного путешествия из центра управления ничего быть не может: они долго плыли в полумраке сквозь плотные заросли водорослей, каждую секунду ожидая, что откуда-нибудь выскочит Калибан, но хотя дважды они замечали серо-зеленую тень и дважды Даэман стрелял, первая тень исчезла, а вторая выплыла навстречу, мертвая, поблескивая флешеттами, – это оказалась постчеловеческая мумия. Однако теперь, через сорок семь с половиной часов без сна, почти без еды, если не считать протухшей ящерки, они знали, что то было не худшее: худшее – это последний час. По крайней мере, на пути сюда они остановились у входа в грот, проломили ледяную корку ботинками и рукоятью пистолета и наполнили свою единственную бутылку шаровидными каплями грязной, мерзкой и такой вожделенной влаги. Однако теперь вода кончилась, и ни один из них не мог покинуть свой пост, чтобы вернуться к гроту и набрать еще. К тому же они перекрыли полупроницаемую мембрану пластиковыми крышками с пустых резервуаров, чтобы услышать, если Калибан будет пробираться этим путем. От жажды, переутомления, плохого воздуха и непрестанного страха у обоих раскалывалась голова.

Они без труда разобрались с десятком лазаретных сервиторов. Нескольких оставили факсировать людей на Землю, других, тех, что мешали, вывели из строя. В первого Даэман выстрелил, однако тут же понял свою ошибку. Флешетты поцарапали краску и металл, оторвали левый манипулятор и выбили глаз, однако не уничтожили сервитора. Выход из положения нашел Харман: открутил от ненужного бака кусок трубы (в и без того холодный воздух хлынул жидкий кислород) и пристукнул сервитора. Других отправили на покой тем же способом.

Просперо появился, как только они включили голографическую сферу на контрольной панели. Волшебник проследил, чтобы Харман с Даэманом правильно перенастроили систему лазарета. Сначала они отключили принимающие факс-узлы и тут же отослали назад всех только что прибывших на той или иной Двадцатке. Просперо сказал, что ускорить работу синих червей и оранжевой жидкости невозможно, так что резервуары, в которых восстановление уже началось, они не трогали. Тех плавающих в жидкости голых людей, чье лечение было практически закончено, отправили на Землю чуть раньше времени. Всего в лазарете стояло шестьсот шестьдесят девять баков, и теперь заполненными оставались только тридцать восемь: в тридцати шести шло интенсивное восстановление, в двух были люди на очередной Двадцатке, прибывшие перед тем, как Харман с Даэманом сумели отключить факсы.

– А также любит Сетебос трудиться, – прошипел невидимый Калибан.

– Заткнись! – крикнул Даэман.

Он шел между светящимися резервуарами, пытаясь не парить в здешней слабой, но все же ощутимой гравитации. Повсюду плясали смутные тени, однако выстрела ни одна из них не заслуживала.

– Не в состояньи дела завершить, тут делает Он что-нибудь: холмы насыпет, обтесывает белый камень тут и там, – шептал из темноты Калибан, – и рыбьим зубом знак луны на них скоблит, верхушками втыкает в землю несколько дерев, а сверху Он на все ленивца череп надевает. (Тот умер сам в лесу – кто б мог его убить?) Занятие найти – иной нет в деле пользы. Однажды вмиг развалит всё: таков уж Он.

Харман рассмеялся.

– Что? – Даэман полупрошагал, полупроплыл к панели управления, где голосфера позволяла Просперо стоять. Под ногами валялись обломки и детали сервиторов, создавая некое подобие людоедского стола дальше в темноте.

– Скоро надо будет отсюда выбираться. – Харман потер покрасневшие глаза. – Я начинаю понимать, о чем бормочет эта тварь.

– Просперо, – сказал Даэман, напряженно вглядываясь в тени между тускло светящимися баками, – кто или что этот Сетебос, о котором твердит Калибан?

– Божество, которому поклоняется мать Калибана, – ответил волшебник.

– И ты говорил, что мать Калибана тоже где-то есть. – В одной руке у Даэмана был пистолет, другой он тоже потер глаза. Взгляд поминутно заволакивала пелена, и не только из-за пара от вылившегося жидкого кислорода.

– Да, Сикоракса жива, но не здесь, – ответил Просперо. – Не на этом острове. Больше не на этом острове.

– А Сетебос? – настаивал Даэман.

– Враг Тихого, – сказал Просперо. – Как все его почитатели, числом два, больное сердце, ждет, чтоб укусить.

Над контрольной панелью запищали датчики. Харман активировал виртуальные элементы управления. Еще трое долеченных (или почти долеченных) отправились на Землю. Осталось тридцать пять.

– Откуда взялся этот Сетебос? – спросил Харман.

– Его занесло из мрака вместе с войниксами и прочими, – сказал Просперо. – Небольшая ошибка в расчетах.

– Одиссей, случаем, не из числа прочих, занесенных из мрака? – спросил Даэман.

Просперо рассмеялся:

– О нет. Этого бедолагу забросило сюда проклятие. С перекрестков, куда бежало большинство постлюдей. Одиссей заблудился во времени по вине одной очень вредной особы, которая известна мне как Церера и которую Одиссей знал – а равно познал – под именем Цирцеи.

– Не понимаю, – сказал Харман. – Сейви говорила, что нашла Одиссея совсем недавно, в криосне.