Читаем Илион онлайн бесплатно
С десяток маленьких зеленых человечков запрыгнули в отсек вслед за Манмутом. Они отыскали, за что уцепиться на помятом и потресканном корпусе Орфу, просунули под громоздкого вакуумного моравека зеленые руки и ноги. Все разом они уперлись и подняли его. Молча, не оскальзываясь и не роняя ношу, они вытащили Орфу, заботливо обвязали тросами, спустили по корпусу «Смуглой леди», подвели под него плавучие катки, соединили их в плот и плавно доставили тело ионийца к берегу.
Маленькие зеленые человечки – их собралось на берегу уже не меньше тысячи – стояли чуть поодаль, давая Манмуту место, пока тот проверял, жив Орфу или мертв. Большой иониец недвижно лежал на красном песке подобно исполинскому, потрепанному штормами трилобиту, которого выбросило на берег в смутную доисторическую эпоху Земли.
Глянув в небо, нет ли летающих колесниц, Манмут вытащил из рюкзака и водонепроницаемых сумок захваченное с подлодки оборудование. Первым делом он выложил пять небольших, однако увесистых аккумуляторных батарей. Последовательно соединил их и подсоединил кабель к одному из уцелевших входных разъемов Орфу. Большой иониец никак не отреагировал, хотя виртуальный датчик показывал, что энергия куда-то течет. Потом Манмут забрался на панцирь Орфу (где под ярким утренним солнцем впервые ясно увидел все внешние физические повреждения) и ввинтил радиоприемник в гнездо кабельной линии. Проверил соединение и, услышав гул несущей волны, включил собственный микрофон.
– Орфу?
Тишина.
– Орфу?
Никакого ответа. Маленькие зеленые человечки бесстрастно глядели на пришельцев.
– Орфу?
В следующие пять минут Манмут вызывал Орфу каждые двадцать секунд, используя все доступные частоты и перепроверяя соединение. Приемник получал его передачи, Орфу не отзывался.
– Орфу?
Не сказать, чтобы вокруг царила полная тишь. Через внешние датчики Манмут слышал больше фоновых шумов, чем когда-либо прежде: плеск набегающих на песок волн, свист ветра в камнях, шорох, с которым время от времени переступали маленькие зеленые человечки, и тысячи оттенков вибраций в плотной планетарной атмосфере. Молчали только связь и Орфу.
– Орфу?
Манмут проверил хронометр. Прошло полчаса с лишним. Медлительно, с огромной неохотой, он соскользнул с помятого панциря, прошел по берегу пятьдесят шагов и сел там, где волны лизали песок. Маленькие зеленые человечки пропустили его, а затем вновь окружили на почтительном расстоянии. Манмут смотрел на них – на стену тщедушных зеленых тел, на лишенные выражения лица и немигающие черные глаза.
– У вас что, других дел нет? – спросил он. Собственный голос странно прозвучал в его сенсорах. Возможно, из-за акустики марсианской атмосферы.
МЗЧ не шелохнулись. Осколки каменной головы валялись у подножия скалы, однако маленькие зеленые человечки не обращали на них внимания. Десятка два канатов все еще уходили к подлодке, которая недвижно лежала в прибойной полосе.
Манмута захлестнула волна утраты и тоски по дому. За три юпитерианских десятилетия – более трех марсианских веков – у него были три привязанности. Первая, «Смуглая леди», была лишь полуразумной машиной, но именно для нее Манмута и создали, и они идеально дополняли друг друга. Теперь она умерла. Вторым был его напарник по исследованиям Уртцвайль, погибший восемнадцать юпитерианских лет – половину Манмутовой жизни – назад. И вот – Орфу.
Он был за сотни миллионов километров от родины, одинокий, неприспособленный, необученный и не подготовленный к миссии, в которую его отправили. Как ему преодолеть пять тысяч километров до Олимпа и установить Устройство? А если все и выйдет – что дальше? Корос III знал бы, что делать, но ничтожный Манмут, бывший капитан «Смуглой леди», не имел об этом ни малейшего понятия.
Манмут понимал, что рано или поздно придется снова вступить с ними в контакт: просовывать руку, хватать чужое сердце… убить… Нет, с этим лучше подождать.
Он поднялся, вернулся к мертвому Орфу и принялся отсоединять батареи.
– Эй! – сказал Орфу по связи. – Я все еще питаюсь.
От неожиданности Манмут отпрыгнул.
– Господи! Ты живой.
– Насколько мы, моравеки, можем быть «живыми».
– Черти бы тебя драли! – Манмуту хотелось рыдать и смеяться, а более всего – ударить огромного изувеченного мечехвоста. – Почему ты не отвечал? Я зову, зову, зову…
– О чем ты? Я был в спячке. С тех самых пор, как на «Леди» кончились воздух и энергия. Как я могу с тобой болтать, когда я в спячке?
– Что еще за спячка? – сказал он, обходя Орфу. – Никогда не слышал, чтобы моравеки впадали в спячку.
– А у вас, европеанских моравеков, такой функции нет?
– Очевидно, нет.
