Читаем Илион онлайн бесплатно
– Речь идет… пусть с малой вероятностью… о конце света?
Манмут медлит с ответом. Этого я и боялся.
– Тебе правильнее будет остаться с Орфу на… э… еще четырнадцать минут тридцать девять секунд, – говорю я. – В его состоянии он не узнает о конце света, если ты ему не скажешь.
– Орфу говорит, для ученого ты довольно остроумен, Хокенберри, – произносит Манмут. – И все же я думаю, что нам лучше отправиться вместе.
– Во-первых, ты тратишь время на разговоры. Во-вторых, только у меня есть Шлем Аида, а я не хочу попасться из-за того, что рядом со мной невидимым идет робот. В-третьих… прощай.
Я натягиваю на голову Шлем Аида и поворачиваю медальон.
Я квитируюсь прямиком в Великий чертог богов.
Такое впечатление, что здесь собрались все, кроме Афины и Аполлона, которые, вероятно, плавают сейчас в баках с зелеными червями в глазах и под мышками. За первые мгновения я успеваю рассмотреть, что боги облачены в доспехи и вооружены для боя. Повсюду сверкают золотые нагрудные доспехи, копья, высокие шлемы с плюмажами и божественных габаритов щиты. Зевс стоит рядом со своей пылающей колесницей. Я вижу Посейдона в темных латах, Гермеса и Гефеста, вооруженных до зубов. Ареса с Аполлоновым луком. Геру в блистающей бронзе и золоте. И Афродиту, которая указывает в мою сторону…
– СХОЛИАСТ ХОКЕНБЕРРИ! – ревет Зевс, глядя на меня через весь заполненный богами чертог. – ЗАМРИ!
И это не просто совет. Каждый мой мускул, каждая связка и сухожилие, каждая клеточка в моем теле замирает. Сердце сковывает холод. Броуновское движение во мне прекращается. Рука цепенеет, не сдвинувшись к медальону и на дюйм. Я превращаюсь в статую.
– Заберите у него Аидов Шлем, квит-устройство и все прочее, – приказывает Зевс.
Гефест с Аресом кидаются вперед и раздевают меня перед толпой богов и богинь. Капюшон перебрасывают хмурому Аиду – в черных хитиновых доспехах необычного вида он похож на рассерженного жука. Зевс выступает вперед, подбирает с пола мой квит-медальон и смотрит на него так, будто желает раздавить в кулаке. Два бога срывают с меня все, не оставив мне ни наручного хронометра, ни трусов.
– Отомри, – говорит Зевс.
Я хватаюсь за грудь и падаю на мраморный пол. Сердце снова бьется, и это так больно, что я думаю, у меня инфаркт. Все, на что я способен, – не обмочиться у всех на глазах.
– Увести его, – приказывает Зевс, поворачиваясь ко мне спиной.
Восьмифутовый Арес, бог войны, хватает меня за волосы и тащит прочь.
– Так думат, – зашептал голос Калибана из темноты лазарета. – Увидят, умники, что значит «должен»! Творит, что хочет, разве не Господь? Вот так.
– Откуда идет голос? – рявкнул Харман.
В лазарете было по большей части темно, свет шел лишь из резервуаров, пустевших один за другим. Даэман прошел от полупроницаемой стены до людоедского стола, пытаясь найти источник шепота.
– Не знаю, – сказал он наконец. – Из вентиляции. Из какого-нибудь выхода, который мы не заметили. Но если он выйдет на свет, я его убью.
– Ты можешь в него выстрелить, – ответил голографический Просперо, стоя у панели управления баками, – но не факт, что ты его убьешь. Он прирожденный дьявол, и напрасны мои труды и мягкость обращенья. Напрасно все![52]
Два дня и две ночи, сорок семь с половиной часов, сто сорок четыре полных оборота астероида от земного света до звездного, двое мужчин следили за отправкой людей из целебных резервуаров. Сейчас в лазарете оставалось меньше сорока тел. Харман и Даэман уже научились вызывать голограмму линейного ускорителя, который очень даже линейно летел прямо на них. Теперь они видели его через прозрачные потолочные панели – он летел кротовой норой вперед, оставляя позади синее ионное пламя. Просперо и виртуальные датчики заверяли, что до столкновения еще девяносто минут, однако инстинкт и собственные глаза убеждали в другом, так что мужчины в конце перестали поднимать голову.
Калибан был где-то близко. Даэман не снимал термоскинового капюшона, чтобы смотреть через линзы ночного видения, но сейчас он включил фонарик Сейви и посветил под людоедский стол, где на полу белели обглоданные кости.
