Читаем Илион онлайн бесплатно
Тут она осеклась и завизжала. Даэман, Ада и Харман тоже закричали.
Сейви провела рукой по виртуальной панели, и соньер под ними просто исчез. В краткий миг до того, как зажмуриться, Ада увидела, что шесть человек, их багаж и копья Одиссея как будто бы летят по воздуху без всякой опоры.
– Предупреждать надо, – дрожащим голосом проговорил Харман.
Старуха пробормотала что-то неразборчивое.
Ада целую минуту ощупывала холодный металл перед собой и мягкую кожу углубления под грудью, животом и ногами, прежде чем решилась приоткрыть глаза.
– Я подумала, тебе будет интересно это увидеть, – сказала Сейви Харману, как будто остальным все равно не понять их разговора.
Впереди море рассекало перешеек, образуя пролив шириной не меньше ста миль. Сейви набрала высоту и повернула на север над морем.
– А на моих картах перешеек между Южной и Северной Америкой был выше уровня моря на всем своем протяжении, – сказал Харман, изворачиваясь, чтобы посмотреть назад.
– Твои карты бесполезны, – ответила Сейви, затем прибавила высоту и увеличила скорость.
Было уже за полдень, когда они вновь увидели побережье. Сейви опустила соньер пониже. Теперь они неслись над болотами, которые быстро сменились бескрайним лесом секвой и мамонтовых деревьев (как сказала Сейви). Самые высокие вздымались во влажный воздух на двести-триста футов.
– Кто-нибудь хочет размять ноги на твердой земле и перекусить? – спросила Сейви. – Или уединиться по нужде?
Четверо из пяти пассажиров дружно проголосовали за. Одиссей чуть заметно улыбнулся. Он дремал всю дорогу.
Они перекусили на поляне в окружении вековых исполинов. В островке синего неба над ними двигались бледные кольца.
– Тут есть динозавры? – спросил Даэман, вглядываясь в густые тени между деревьями.
– Нет, – ответила Сейви. – Они предпочитают север и середину материка.
Даэман успокоенно привалился к упавшему стволу и принялся за хлеб, нарезанную говядину и фрукты, но мигом выпрямился, когда Одиссей заметил:
– Возможно, Сейви-ур имеет в виду, что рекомбинантных динозавров здесь нет, потому что их отпугивают более свирепые хищники.
Сейви нахмурилась и покачала головой, словно укоряя ребенка. Даэман снова посмотрел во влажный сумрак леса и передвинулся поближе к соньеру.
Ханна, до сих пор не сводившая глаз с Одиссея, вытащила из кармана туринскую пелену и положила на глаза. Несколько минут она полулежала, пока остальные молча ели в жаркой безветренной тени. Наконец Ханна выпрямилась, убрала расшитую микрочипами ткань и спросила:
– Одиссей, хочешь посмотреть, что происходит с тобой и твоими товарищами в войне за укрепленный город?
– Нет, – сказал грек.
Он белыми зубами оторвал кусок холодной Ужасной птицы, прожевал и запил вином из своего бурдюка.
– Зевс прогневался и склонил удачу на сторону троянцев, которыми командует Гектор, – продолжала Ханна как ни в чем не бывало. – Греки отброшены за укрепления – ров и частокол – и бьются у кораблей. Судя по всему, ваша сторона проиграет. Все великие цари, включая тебя, обратились в бегство. Только Нестор остался сражаться.
Одиссей фыркнул:
– Болтливый старик. Он остался, потому что его коня подстрелили.
Ханна глянула на Аду и улыбнулась. Очевидно, ее целью было втянуть Одиссея в разговор, и теперь она считала себя победительницей. Ада по-прежнему не верила, что вот этот даже-чересчур-настоящий человек – загорелый, морщинистый, исполосованный шрамами, так не похожий на обновляемых в лазарете мужчин ее круга, – и есть Одиссей из туринской драмы. Как все самые умные ее знакомые, Ада считала, что туринские пелены показывают виртуальное развлечение, вероятно написанное и снятое в Потерянную Эпоху.
– Ты помнишь битву у черных кораблей? – продолжила наступление Ханна.
Одиссей опять фыркнул:
– Я помню пир накануне этого позорного дня. Тридцать кораблей доставили с Лемноса вино – тысячу мер, довольно, чтобы утопить все троянские рати, если бы мы не нашли ему лучшего применения. Эвней, сын Язона, прислал это вино в дар Атридам – Агамемнону и Менелаю. – Он сощурился на Ханну и остальных. – Вот плавание Язона – это и впрямь история, которую стоит послушать.
Все, кроме Сейви, непонимающе смотрели на коренастого грека в подпоясанной тунике.
– Язон и его аргонавты. – Одиссей обвел взглядом лица спутников. – Про них-то вы слышали?
Неловкое молчание нарушила Сейви:
– Ничего они не слышали, сын Лаэрта. Наши так называемые люди старого образца лишены прошлого, мифов, каких бы то ни было историй – за исключением туринской драмы. Они такие же постписьменные, как ты и твои товарищи были дописьменными.
– Мы не нуждались для величия в царапинах на коре, пергаменте или глине, – прорычал Одиссей. – Письмена придумали за некоторое время до нас и отказались от них, потому что они никому не нужны.
