Читаем Горбун онлайн бесплатно
Услышав столь непотребные куплеты, Пейроль так задергался, что сорвался с вешалки и грохнулся ничком на пол.
– Господа! Господа! От имени принца де Гонзага!.. – попытался он, поднявшись, урезонить разбушевавшихся гостей.
Но никто его не услышал.
– Это неправда! – кричали одни.
– Все верно! – хохотали другие.
– Все сокровища у господина Лоу в подвале!
– Никакой политики, господа!
– Правильно!
– Нет!
– Да здравствует Шаверни!
– Заткните ему рот!
– Набить из него чучело!
А дамы в экстазе швырялись тарелками и бокалами.
– Шаверни, иди обними меня! – вскочила Нивель.
– Это еще что! – запротестовал толстый откупщик.
– Он играет нам на руку, – пробормотала Нивель, снова закрывая глаза. – Он очень мил, этот маленький маркиз. Говорит, что женщины в Париже бесценны. Да, это еще мягко сказано! Ведь мужчин, в сущности, берут в аренду. И если я вижу, как кто-то из них прячет хотя бы один пистоль в своем кошельке, я лично начинаю заводиться!
Тем временем за дверью Аврора, закрыв лицо руками, говорила дрожащим голосом:
– Меня знобит, я словно промерзла до глубины души. Сама мысль, что меня хотят выдать за такого человека…
– Подумаешь! – фыркнула донья Крус. – Я бы охотно взялась за то, чтобы превратить его в кроткого ягненка. Неужели ты не находишь его милым?
– Пойдем! Уведи меня отсюда! Мне хочется провести остаток ночи в молитвах.
Она пошатнулась. Донья Крус поддержала ее, обняв за талию. У цыганки было, возможно, самое доброе в мире сердце, но она совсем не разделяла того отвращения, которое эта оргия вызвала у ее подруги. Это и был тот самый Париж, о котором она так мечтала.
– Ладно, пошли! – согласилась донья Крус как раз в тот момент, когда Шаверни, воспользовавшись некоторым затишьем, со слезами на глазах снова попросил, чтобы ему позволили изложить его позицию.
Шагая по лестнице, донья Крус посоветовала:
– Сестренка, надо выиграть время. Сделай вид, что ты во всем послушна, так будет лучше, поверь мне. Я скорее сама выйду замуж за этого Шаверни, нежели допущу, чтобы ты попала в затруднительное положение.
– Ты это сделаешь для меня? – воскликнула Аврора в порыве наивной благодарности.
– Клянусь Господом! Пойдем, помолись, если это тебя утешает. Как только я смогу сбежать от них, снова приду тебя проведать.
И она поднялась по лестнице – проворно, с легким сердцем, игриво размахивая своим бокалом.
– Безусловно, – шептала она, – надо оказать ей услугу… Да с этим Шаверни я сама не прочь пойти по жизни.
Чего же лучше? Добравшись до двери будуара, она прислушалась. Шаверни опять кричал:
– Вы же обещали – да или нет? – что, спев куплеты, я получу возможность изложить свою позицию!
– Никогда такого не было! Шаверни злоупотребляет нашим вниманием! За дверь Шаверни!
– Нет, в самом деле, господа, – раздался голос Навая. – Надо идти на штурм, малышка смеется над нами!
Донья Крус дождалась этой минуты, чтобы распахнуть дверь.
Она появилась на пороге – веселая, сияющая, высоко подняв над головой бокал.
Раздались продолжительные и оглушительные аплодисменты.
– Так что это вы скисли, господа! – воскликнула цыганка, протягивая пустой бокал. – Будьте же повеселее! Неужели вы считаете, что тут уместна скука?
– Мы стараемся, – встрял Ориоль.
– Ну, буяны из вас, прямо скажем, так себе, – усмехнулась донья Крус, одним махом опорожнив бокал. – Вас не слышно даже за этой дверью.
– Неужели? – хором произнесли гуляки, чувствуя себя униженными.
Они-то считали, что в силах помешать спать всему Парижу.
Шаверни с восторгом взирал на донью Крус.
– Пленительна! – восклицал он. – Очаровательна!
Ориоль хотел было повторить за ним эти слова, показавшиеся ему изящными, но Нивель, проснувшись, ущипнула его до крови.
– Извольте молчать! – приказала она.
Он попытался улизнуть, но дочь Миссисипи успела ухватить его за рукав.
– С вас штраф! – потребовала она. – Голубенькую!
Ориоль, вытащив портмоне, выудил оттуда одну совсем новую акцию, и Нивель от радости запела:
А донья Крус между тем продолжала искать глазами горбуна. Интуиция подсказывала ей, что, несмотря на его первую реакцию, он является ее тайным союзником. Но среди гостей не было никого, к кому она могла бы обратиться с вопросом насчет уродца. Она решилась лишь на то, чтобы косвенно выяснить, не сопровождал ли горбун отъехавшего Гонзага.
– А где же его светлость?
– Карета уже вернулась, – ответил вошедший в этот момент в залу Пейроль. – Монсеньор отдает кое-какие распоряжения.
– Наверное, насчет скрипок? – полюбопытствовала Сидализа.
– Начнем ли мы наконец танцевать? – воскликнула цыганка, раскрасневшаяся от удовольствия.
Дебуа и Флёри презрительно взглянули на нее.
– Бывали времена, – нравоучительно изрекла Нивель, – когда, прибыв сюда, мы кое-что находили под тарелками.
Она демонстративно приподняла свою тарелку, чтобы закончить свою мысль.
