Читаем Горбун онлайн бесплатно
Он двинулся вдоль ограды сада, в то время как Паспуаль остался на страже у потайной дверцы. В конце сада находилось кладбище Сен-Маглуар, и Кокардас заметил, что там полно гвардейцев.
– Вот так-то, приятель! – доложил он, вернувшись. – Если сегодня и придется потанцевать, то уж скрипочек точно хватит на всех!
Тем временем Ориоль со своими приятелями ворвались в комнату Гонзага, где мэтр Гриво-старший, королевский нотариус, мирно спал на софе, стоявшей подле одноногого столика, на котором виднелись остатки отличного ужина.
Нам неизвестно, почему наш век так ополчился на нотариусов. Ведь обычно это люди опрятные, здоровые, употребляющие добротную пищу, отличающиеся вежливыми манерами, не лезущие в карман за острым словцом в кругу близких и наделенные на редкость точным и метким взглядом при игре в вист. Они чинно восседают за столом, в них сохранились черты былого рыцарства, они весьма галантно держатся с пожилыми богатыми дамами и, несомненно, относятся к тем редким французам, которые умеют элегантно носить белый галстук, превосходно сочетающийся с золотой оправой очков. Однако близится время, когда всеобщее предубеждение развеется. И тогда всякий будет вынужден признать, что молодой белокурый нотариус, степенный и осанистый, с намечающейся округлостью в области живота, является одним из самых привлекательных цветков нашей цивилизации.
Мэтр Гриво-старший, королевский нотариус, он же письмоводитель и хранитель бумаг его королевского высочества и Шатле[92], помимо всего, являлся также верным слугой принца де Гонзага. Это был сорокалетний красавец-мужчина, полноватый, свежий, как огурчик, розовый, постоянно улыбающийся. На такого человека приятно было посмотреть. Ориоль схватил его за одну руку, Сидализа за другую, и оба потащили мэтра Гриво-старшего на второй этаж.
При виде нотариуса Нивель всегда испытывала умиление – ведь именно они придавали юридическую силу и законность всем дарственным записям между живыми людьми.
Мэтр Гриво-старший, войдя в помещение и оценив взглядом компанию, поклонился принцу, всем присутствующим на ужине дамам и господам, сделав это с отменным изяществом и куртуазностью. У него уже был заготовлен текст брачного контракта, однако в нем было указано имя Шаверни. Это следовало незамедлительно исправить. По предложению де Пейроля мэтр Гриво-старший уселся за маленький столик, вытащил из кармана перо, чернила, скребок и тут же принялся за дело. Гонзаг и основная часть его гостей в это время оставались близ горбуна, который развлекал их.
– Это займет много времени? – спросил Эзоп-Иона, обращаясь к нотариусу.
– Мэтр Гриво, – криво усмехнулся принц, – вы, конечно, понимаете нетерпение брачующихся?
– Мне понадобится каких-то пять минут, монсеньор, – заверил тот.
Эзоп II одной рукой теребил свое жабо, а другой с видом победителя поглаживал чудесные волосы Авроры.
– Именно столько времени требуется на то, чтобы соблазнить женщину! – провозгласил он.
– Раз есть время, – предложил Гонзаг, – давайте выпьем. За счастье новобрачных!
Вновь полетели пробки из бутылок шампанского. На этот раз веселье, казалось, вот-вот захватит салон. Беспокойство улетучилось, и все чувствовали себя в приподнятом настроении.
Донья Крус лично наполнила бокал Гонзага.
– За их счастье! – воскликнула она, дерзко чокаясь с принцем.
– За счастье молодых! – поддержали ее все стоявшие рядом, пригубляя бокалы с вином.
– Послушайте! – воодушевился Эзоп II. – А не найдется ли среди гостей поэта, который мог бы сочинить свадебную песню?
– Поэта! Нужен поэт! – закричали все.
Мэтр Гриво заложил перо за ухо.
– Я не могу делать все сразу, – ненавязчиво и деликатно произнес он. – Вот закончу составлять контракт, тогда, может, предложу вашему вниманию пару-другую куплетов.
Горбун поблагодарил его жестом, полным достоинства.
– Поэзия родом из Шатле, – сострил Навай. – Мадригалы сочинителя-нотариуса. Попробуйте-ка теперь отрицать, что наступил золотой век!
– А мы и не отрицаем! – подхватил Носе. – Сейчас фонтаны начнут извергать миндальное молоко и игристое вино.
– А на чертополохе, – добавил Шуази, – расцветут розы.
– И все потому, что письмоводители заделались рифмоплетами!
Горбун спесиво напыжился и с горделивой важностью изрек:
– И не забывайте, что демонстрировать свой поэтический талант он будет в связи с моей женитьбой! Однако, – спохватился Эзоп, – неужели мы пойдем под венец в таком виде? Фи! Невеста в утреннем домашнем платье! А я сам… Черт возьми, какой стыд! Волосы растрепаны, манжеты помялись. Где свадебное платье невесты? Тут, я слышал, вели речь о корзине с подарками, предназначенными ей, верно я говорю, сударыни?
Нивель и Сидализа тут же умчались в соседний будуар и скоро вернулись с приданым. Донья Крус взяла на себя заботы о наряде невесты.
– И поживее! – распорядилась она. – А то ночь подходит к концу! Нам же надо успеть еще устроить бал.
– А вдруг они разбудят ее на твою беду, горбун? – подмигнул Навай.
Эзоп II стоял с зеркалом в одной руке и гребнем в другой.
