Читаем Горбун онлайн бесплатно

В то утро перед ним стоял Жандри, докладывавший, как эти два желторотых птенца, эти слабаки Ориоль и Монтобер дотащили труп Лагардера до моста Марион, откуда и сбросили в Сену. Пейроль присваивал себе половину средств, отпускаемых Гонзагом на содержание негодяев, составлявших его свиту. Так что он расплатился соответствующим образом с Жандри и отослал его, но тот, прежде чем выйти, бросил:

– В наше время крепких и надежных парней не так-то просто сыскать. А прямо под вашим окном прозябает бывший солдат моей роты, который мог бы исправно вам послужить.

– Как его зовут?

– Кит. Он сильный, как бык, и такой же глупый.

– Подбери его, – ответил Пейроль. – На всякий случай, хотя, надеюсь, мы покончили со всеми этими проявлениями насилия.

– А я, – возразил Жандри, – ожидаю как раз обратного. И этого Кита я найму.

Он спустился в сад, где Кит был поглощен своим главным занятием: борьбой – увы, безуспешной – со все растущей популярностью среди дельцов его основного конкурента Эзопа II, прозванного Ионой.

Пейроль поднялся с постели, оделся и направился к своему хозяину. И тут с удивлением обнаружил, что его опередили. Принц де Гонзаг уже принимал двух неразлучных друзей – Кокардаса-младшего и брата Паспуаля. Несмотря на ранний час, оба были в тщательно вычищенной и отлично сидевшей на них форме, оба уже успели к этому времени побывать на службе.

– А ну-ка, ребятки, – начал Пейроль, едва заметив их, – чем вы вчера занимались во время праздника?

Паспуаль пожал плечами, а Кокардас отвернулся от него.

– Насколько для нас почетно и насколько радостно, – ответил Кокардас, – служить такому знатному хозяину, как монсеньор, настолько же мучительно и невыносимо нам иметь дело с вами, месье. Правда, драгоценный мой?

– Друг мой, – ответил Паспуаль, – ты прямо читаешь в моем сердце.

– Вы слышали, что я сказал, – вмешался Гонзаг, выглядевший крайне утомленным. – Надо уже сегодня утром добыть самые надежные сведения и бесспорные доказательства. Я хочу твердо знать, жив он или мертв.

Кокардас и Паспуаль в ответ поклонились со свойственной им учтивостью и изяществом, благодаря которым они прослыли самыми воспитанными головорезами во всей Европе. Они чопорно прошествовали мимо де Пейроля и вышли.

– Позволит ли монсеньор спросить у него, – пролепетал сразу побелевший Пейроль, – о ком это вы говорили «жив или мертв»?

– Я имел в виду шевалье де Лагардера, – раздраженно бросил Гонзаг, вновь опустивший утомленную голову на подушку.

– Но откуда это сомнение? – воскликнул остолбеневший Пейроль. – Я только что расплатился за это дело с Жандри.

– Жандри – известный прохвост, а ты, мой Пейроль, начинаешь стареть. Нам стали скверно служить. Пока ты отсыпался, я уже успел поработать. Поговорил с Ориолем и Монтобером. Почему наши люди не проводили их до самой Сены?

– Так ведь дело-то уже было сделано. Монсеньор сам велел поручить это двум своим друзьям…

– Друзьям! – повторил Гонзаг с таким презрением, что Пейроль сразу же заткнулся. – Я поступил правильно, – снова вскипел Гонзаг, – но и ты прав. Ох уж эти друзья! Черт побери! Пусть до поры думают, что являются таковыми. Кого еще можно использовать в своих целях, если не друзей? Я жажду их укротить, понял ты или нет? Хочу связать их тройным узлом, приковать к себе цепями. Если бы за графом Горном стояла сотня болтунов, то регент заткнул бы себе уши и не отправил графа на эшафот. Регент больше всего любит покой. Не то чтобы я боялся разделить досадную судьбу графа Горна…

Он замолк, видя, как жадно вперился в него взглядом Пейроль.

– Господи! – несколько делано рассмеялся принц. – Смотри-ка, да он уже празднует труса!

– Вы чего-то опасаетесь со стороны регента? – промямлил Пейроль.

– Послушай, – обратился к нему Гонзаг, приподнявшись на локте. – Клянусь тебе Богом, если со мной что случится – тебя повесят!

Пейроль в ужасе отступил на три шага и выпучил глаза. Гонзаг, видя его реакцию, расхохотался, на сей раз вполне искренне.

– Да ты всем трусам трус! – воскликнул он. – Никогда еще у меня не было столь прочного положения при дворе, как сейчас, но ведь никому не ведомо, что может случиться. Если ветер переменится, я хочу иметь за своей спиной крепкий тыл. Надо, чтобы вокруг меня были не друзья – их время прошло! – а рабы, но не такие, кого покупают за деньги, а прикованные ко мне цепью, существа, так сказать, зависимые от моего дыхания, прекрасно представляющие, что с моей смертью погибнут и они сами.

– Что до меня, – пролепетал Пейроль, – то монсеньор может не беспокоиться…

– Это так, тебя я давно и крепко держу в руках, но вот как насчет остальных? Знаешь ли ты, что в этой банде есть очень родовитые люди? Ты понимаешь, что такие сторонники являются отличным щитом для меня? В жилах Навая течет кровь герцогов, Монтобер связан родственными узами с Моль де Шамплатрё, высшими иерархами церкви, чей голос звучит громко, точно орган собора Парижской Богоматери! Шуази – кузен Мортемара, Носе – свойственник Лозенов, Жиронн – Желамаоров, Шаверни – принцев де Субизов…

– Верно, но вот последний… – перебил его Пейроль.