Читаем Горбун онлайн бесплатно
– Ну вот, теперь вы меня пугаете! – воскликнула девушка. – Неужели это действительно так?
– Ответьте, пожалуйста, Аврора, она проходила мимо домика одна?
– Нет, ее сопровождал дворянин в великолепном богатом одеянии, с голубой лентой на груди.
– Она не называла его по имени?
– Она упоминала ваше имя. Именно поэтому я и спросила, не встречались ли вы с ней…
– Скажите, Аврора, не слышали ли вы, что говорила та дама, проходя мимо домика?
– Всего несколько слов. Она гневалась и выглядела безумной. Своего спутника она называла «монсеньор»…
– Монсеньор? – переспросил Лагардер.
– «Если ваше королевское высочество не придет мне на помощь»… – сказала она.
– Тогда это был регент! – вздрогнул Лагардер.
Аврора, как ребенок, захлопала миниатюрными ладошками.
– Регент! – радостно воскликнула она. – Значит, я видела регента!
– «Если ваше королевское высочество не придет мне на помощь»… – повторил Лагардер. – А что они обсуждали потом?
– Я больше ничего не слышала.
– А мое имя она упомянула после этой фразы?
– Нет, еще до того. Я стояла у окна, и, хотя расстояние было довольно большим, я хорошо слышала ваше имя. Подойдя ближе, та женщина сказала: «Силой! Только так можно сломить эту железную волю!»
– А! – живо откликнулся Лагардер, уронив руки. – Значит, она так прямо и заявила?
– Да, именно.
– И вы это ясно слышали?
– Конечно. Но как вы побледнели, Анри, как заблестели вдруг ваши глаза!
И в самом деле лицо Анри стало мучнисто-белым, а глаза буквально запылали.
Если бы ему вонзили кинжал прямо в сердце, и тогда он не страдал бы так сильно, как в эту минуту. Неожиданно его щеки вновь залил румянец.
– Значит, силой! – произнес он, сдерживаясь, чтобы его голос не загремел. – Сила придет на смену хитрости! Закоренелая эгоистка! Какая вопиющая порочность души! Воздавать добром за зло – удел святого и ангела. Отвечать злом на зло и добром на добро свойственно людям. Но платить злом за добро, клянусь Христом, – это подло и отвратительно. На такое способны лишь исчадия ада! Она дурачила меня, теперь мне это ясно. Меня попытаются одолеть числом, нас разлучат…
– Как это – разлучат! – воскликнула Аврора, вскочив при этом слове, словно разъяренная молодая львица. – Кто осмелится это сделать? Та презренная женщина?
– Аврора, – Лагардер положил руку ей на плечо, – вам не следует дурно отзываться о ней.
При этом на лице шевалье появилось такое странное выражение, что девушка в испуге отшатнулась.
– Господи! – вырвалось у нее. – Что с вами?
Она подошла к Анри, который обхватил голову руками, и хотела обнять его за шею. Но тот неожиданно оттолкнул ее чуть ли не с ужасом.
– Оставьте меня! Не прикасайтесь ко мне! – простонал он. – Это ужасно! На нас пало какое-то проклятие, поражающее все, что нас окружает.
В глазах Авроры заблестели слезы.
– Вы больше меня не любите, Анри, – запинаясь, выдохнула она.
Лагардер снова посмотрел на нее. Сейчас он выглядел так, как будто утратил рассудок. Он заламывал руки, его грудь свело от спазма мучительного смеха.
– Ах, – выдавил он из себя, шатаясь, словно пьяный, ибо острый ум и сила воли отказали ему одновременно. – Я ничего не знаю, клянусь честью, я ничего больше не понимаю. Что творится у меня в душе? Она погрузилась в сумерки, она опустошена. Любовь и чувство долга – что выбрать? Вразуми меня, совесть!
Он рухнул в кресло, бормоча жалобным голосом, совсем как сумасшедший:
– Так что же мне выбрать? Подскажи, совесть! Долг или любовь? Жизнь или смерть? У нее ведь есть права, у этой женщины. А я, разве я их лишен?
Аврора не вникала в смысл бессвязных слов, слетавших с губ ее друга. Но она видела, в какое отчаяние он впал, и сердце ее разрывалось от сострадания.
– Анри, Анри, – шептала она, опустившись перед шевалье на колени.
– И эти священные права не купишь, – продолжал свой монолог Лагардер, который от крайней подавленности переходил к лихорадочному возбуждению. – Их не приобретешь даже ценой жизни. А я отдал бы ее, без всяких сомнений. И чем же это возможно возместить? Да ничем!
– Боже мой, Анри, мой Анри, успокойтесь, объясните, в чем дело!
– Ничем! И вообще, разве я сделал это в расчете на какое-то вознаграждение? Чего тогда стоит моя самоотверженность? Безумие, настоящее безумие!
Аврора обняла его.
– Безумие! – закричал он, дав волю своей ярости. – Оказывается, я построил замок на песке, и при первом же порыве ветра эта хрупкая постройка развалилась, похоронив под обломками мою мечту!
Он никак не реагировал ни на ласковое прикосновение пальцев Авроры, ни на ее жгучие слезы, капавшие на его руку.
– Я добрался до Парижа, – бормотал он, вытирая взмокший лоб, – но, спрашивается, зачем? Нужен я тут кому-нибудь? А может, эта женщина была права? Я говорил слишком громко, вел себя словно безумец… Кто сказал, что вы будете счастливы со мной?.. Вы плачете?
– Я плачу, видя вас в таком состоянии, Анри, – пролепетала несчастная девушка.
– Если вы будете плакать и в будущем, я умру от горя.
– Но почему вы считаете, что мне придется плакать в будущем?
