Читаем Горбун онлайн бесплатно

– Вы отлично защищаете того, кто не заслуживает обвинений, – холодно произнесла принцесса. – Но сообщите мне детали. Моя дочь жила в уединении?

– Одна, всегда одна, все время одна, поэтому она очень грустила; однако, если бы меня послушали…

– Что вы хотите сказать? – спросила Аврора де Келюс.

Франсуаза бросила взгляд на донью Крус, по-прежнему стоявшую неподвижно.

– Знаете, – сказала женщина, – цыганка, которая пела и плясала на Пласа Санта, – неподходящая компания для наследницы герцога…

Принцесса повернулась к донье Крус и заметила слезу, блеснувшую на ее длинных ресницах.

– Больше вам не в чем упрекнуть вашего господина? – спросила она.

– Упрекнуть? – воскликнула Франсуаза. – Это вовсе не упрек, к тому же девочка приходила нечасто, а я всегда за ними присматривала…

– Прекрасно, добрая женщина, – произнесла принцесса. – Благодарю вас, можете уйти. Вы и ваш внук отныне зачислены в штат моего дома.

– На колени! – приказала Франсуаза и больно толкнула Жана-Мари.

Принцесса остановила это излияние благодарности, и по ее знаку Мадлен Жиро увела старуху вместе с ее внуком. Донья Крус тоже направилась к двери.

– Куда вы, Флор? – спросила принцесса.

Донья Крус подумала, что ослышалась.

– Разве вас не так зовут? Подойдите, Флор, я хочу вас поцеловать.

И, поскольку девушка замешкалась, принцесса встала и заключила ее в объятия. Донья Крус почувствовала, что ее лицо мокрое от слез.

– Она любит вас, – прошептала счастливая мать. – Это написано здесь, на этих страницах, которые всегда будут подле моего изголовья; на эти листки бумаги она выплеснула свое сердце. Вы, милая цыганка, ее первая подруга. Вы счастливее меня, ибо видели ее ребенком. Должно быть, она была хорошенькой! Флор, расскажите мне о ней. – И, не дав ей времени ответить, принцесса продолжала: – Все, что любит она, я должна буду полюбить со всей страстью, на которую способна мать. Клянусь, так будет! Я люблю тебя, Флор, ты моя вторая дочь. А ты, ты смогла бы полюбить меня? Если бы ты знала, как я счастлива и как хотела бы, чтобы все на земле были счастливы! И этого человека, слышишь, Флор, даже этого человека, отнявшего у меня сердце моего ребенка, если она захочет, я полюблю даже его!

Донья Крус улыбалась сквозь слезы. Принцесса с безумной силой прижимала ее к сердцу.

– Веришь ли, Флор, милая, – прошептала она, – я еще не осмеливаюсь поцеловать ее так же, как тебя. Не сердись: это ее я ласкаю, когда целую твой лоб и твои щеки.

Вдруг она отстранилась, чтобы лучше рассмотреть девушку.

– Ты танцевала на площадях, милая девочка? – спросила она задумчиво. – У тебя нет семьи? Да разве я меньше обожала бы ее, если бы она занималась тем же! Господи Боже! Какой глупой я была, когда сказала однажды: «Если дочь Невера хоть на мгновение забыла о чести своего рода…» Нет! Я не стану продолжать; у меня кровь в жилах стынет при мысли, что Господь мог поймать меня на слове. Иди, возблагодари Господа, моя цыганочка!

Она увлекла Флор к алтарю и преклонила колени.

– Невер! Невер! – всхлипывала она. – Я нашла твою дочь, нашу дочь! Передай Господу мою радость и сердечную признательность!

Сейчас ее не узнал бы и лучший друг. Щеки порозовели от приятных волнений. Она была молода и прекрасна: ее глаза сверкали, тонкий стан трепетал, в голосе звучала нежность. На мгновение она замерла в экстазе.

– Ты христианка, Флор? – спросила она. – Да, помню, она писала, что ты христианка. Как добр наш Господь, не так ли? Дай мне твои руки, послушай, как бьется мое сердце.

– Ах! – вздохнула цыганка, разразившись слезами. – Если бы у меня была такая мать, как вы, мадам!

Принцесса вновь прижала ее к своей груди.

– Она говорила с тобой обо мне? – спросила принцесса. – О чем вы разговаривали? В тот день, когда ты встретила ее впервые, она была еще совсем маленькой? Знаешь, – перебила она себя, ибо лихорадочное возбуждение побуждало ее говорить без остановки, – мне кажется, моя девочка меня боится. Если это так, я умру от горя. Расскажи ей обо мне, Флор, моя маленькая Флор, прошу тебя!

– Мадам, – ответила донья Крус, улыбавшаяся сквозь слезы, – разве вы не поняли, как она вас любит? – Она показала пальцем на разрозненные листки рукописи Авроры.

– Да, да, – согласилась принцесса. – Как мне выразить то, что я почувствовала, читая это? Моя дочь не такая грустная и серьезная, как я. Она унаследовала веселое сердце от отца; но и я, столько плакавшая в жизни, была когда-то веселой. Дом, в котором я выросла, был настоящей тюрьмой, однако я умела радоваться до того дня, когда проводила возлюбленного, который должен был унести завернутую в плащ мою деточку и все мое счастье.

Она быстро провела ладонью по горящему лбу.

– Ты когда-нибудь видела, как несчастная женщина сходит с ума? – внезапно спросила она.

Донья Крус с тревогой посмотрела на нее.