Читаем Стальная дева онлайн бесплатно
Но даже, если нет, я все равно продолжу выкладываться (в своем темпе), так что все награды строго добровольные.
После перехода у Эйна заходилось сердце, легкие жадно втягивали герианский воздух, и не мог до конца поверить, что почти все.
Ойлер стоял рядом, смотрел на волны и улыбался.
— Приятель Эйн, ты в порядке? Знаешь, такие полеты довольно рисковое дело. Бывают всякие перегрузки и прочие радости. Но ты всегда казался мне рисковым парнем.
— А ты всегда казался мне мудаком, — Эйн, наконец, протяжно выдохнул, приходя в себя. — Но хорошо сработано. Спасибо.
— Ты похвалил меня, — беззаботно заметил Ойлер. — Это даже пугает, приятель Эйн. Вдруг наши отношения переходят на новый уровень.
Эйн искренне надеялся, что нет. Ойлер устраивал его, какой есть. А еще в идеале, подальше от самого Эйна и тех, кто был ему дорог.
Ойлер изящным, плавным движением сложил крылья, опустился на песок у самой кромки воды, и зачерпнул его металлическими пальцами:
— Всегда ненавидел Герию. Но Илирию ненавидел еще больше. Приятель Эйн, Земля стала настоящим раем. Если не приглядываться к нескольким мелким деталям.
Эйн плюхнулся на песок рядом с ним, помолчал.
Он думал о том, что с самого начала столько фактов было навиду. Мелочи, которые нужно было просто сложить — и увидеть цельную картинку.
Но Эйн о них не задумывался, и ничего не понимал.
А теперь вдруг оно стало очевидно.
И предстояло сделать выбор: сказать или притвориться, что ничего не понял?
Ойлер вполне мог его убить, прямо в тот самый момент.
И никто не узнал бы, не смог бы остановить.
Точно не сам Эйн.
Но и возможности лучше могло не представиться. Потом Ойлер закрылся бы, и не стал бы отвечать.
А сейчас был шанс — именно потому, что тот чувствовал себя в безопасности, контролировал ситуацию.
— Мне следовало раньше понять, — признал Эйн. — Но ты, похоже, прав. Я бываю туповат.
— Бываешь, приятель Эйн, — показалось, или улыбка Ойлера стала натянутой. — Часто многое не понимаешь. Когда говорить, когда молчать. Как же мне угадать, что именно ты вдруг понял.
Эйн фыркнул, отметил про себя, что Ойлер казался настороженным.
— Не гадай, — сказал Эйн. — Я сам тебе скажу. Что именно понял.
Ойлер вскочил так же легко, как и сел:
— О, я уверен, там что-то невероятное, но лучше поторопиться. Отправляй сообщение, пусть активируют Врата, и вернемся на Землю.
Эйн понимал, что тот просто пытается сменить тему. Уходит от неудобного разговора. И все равно повелся:
— А что насчет остальных? Думаешь, мы увели от них погоню?
— Приятель Эйн, я прагматичен. Я думаю, мы сделали, что могли. Точнее, ты сделал, что мог, а я даже больше. Да, мы сможем вернуться здесь. Не сомневайся, милая справится. А если нет… значит, она слишком слабая, и мы зря ее полюбили.
Эйн сильно сомневался, что Ойлер способен любить — разве что под действием эмпатии. И привычную глупость про любовь к Маре пропустил мимо ушей.
А сказал то, ради чего и задумал весь этот разговор.
— Я знаю, что ты не Ойлер.
Он не увидел, почувствовал, как тот дернулся. Услышал издевательский смех.
И все же было в этом смехе что-то еще, что Ойлеру хотелось скрыть.
— Приятель Эйн, что ты несешь? А кто же я тогда?
— Мне бы тоже хотелось знать, — отозвался Эйн. — Даже не знаю, как я это упустил. Для тебя все илирианские планы ничего не значат. Ты развлекался на Земле, ты убивал других агентов. У тебя была целая коллекция ларралов в лабораториях. И целые туннели химер.
— И что же в этом необычного? Каждому нужно свое маленькое хобби, — безмятежно отозвался Ойлер. Точнее тот, кто выдавал себя за него.
— Но не шпиону на Земле. Да и выдало тебя не только это. Ты с легкостью убиваешь илирианцев. Ты можешь приделывать любые ларралы, чужие ларралы. И я ведь понимаю, вряд ли у вас это законно. Вряд ли у вас снимают кожу, чтобы сделать из нее куртку.
В илирианцах была жестокость, некая бесчеловечность. Но то была бесчеловечность исследователей, они сами верили, что так лучше.
Ойлер ни во что не верил.
Он просто делал то, что нравится.
А нравилось ему делать больно и убивать.
Ойлер рассмеялся:
— У тебя богатая фантазия, приятель Эйн. Я впечатлен. Жаль, что ты не родился в другое время, ты мог бы стать сценаристом. Ах, какое дивное фантастическое кино бы вышло. Уверен, даже на Герии бы смотрели.
Эйн помолчал, выждал, потому что хотел отследить реакцию. Да и просто осознавал, что рискует. И что следующая фраза может стать последней.
Почему-то страха не было. Было спокойствие и сосредоточенность, как перед выстрелом.
Ойлер недовольно подергивал металлическими когтями, должно быть, даже не осознавал, что делает.
На руках все еще была кровь.
— Как тебя на самом деле зовут?
Ойлер мог отказаться отвечать, кривляться и отрицать все дальше.
Мог напасть.
Мог… да что угодно, в общем-то.
Он был хозяином положения, и оба они это понимали.
И молчал в ответ он долго.
Разбивались волны о берег, в воздухе стоял одуряющий запах соли и металла, и чего-то неуловимо герианского.
Эйн был здесь второй раз, и все равно что-то внутри отчаянно сжималось от мысли, как далеко Эйн был от Земли.
