Читаем Стальная дева онлайн бесплатно

— Она в порядке, — Эйн на это чувствовал, как она приходила в сознание, как у нее болела шея. Но она могла дышать сквозь боль, застонала и с трудом пошевелилась.

Эйн подхватил Зайна под руку, встал, пошатываясь — тот был тяжелым, жесткое тело будто весило тонну, и тащить его было ужасно неудобно, и неприятно царапалась мысль о том, что без механической руки, Эйн бы не смог уложить его во флаер.

— У тебя есть стимулятор, обезболивающее? — спросил он, прежде чем вернуться за Марой, но Зайн только мотнул головой:

— Обойдусь. Не хочу отключаться.

И как же он этим Эйна бесил:

— Я уже понял, что ты крутой герианец, а теперь кончай выделываться, и прими долбанное лекарство.

— Не указывай мне, человек. Иди и займись, Телурой.

Эйн поколебался, но не хотел оставлять Мару одну, и сказал только:

— Если ты сдохнешь, я лично нассу на твой труп.

Едва расслышал, как Зайн отозвался, брезгливо:

— Отвратительно.

Мара уже пришла в себя, кое-как встала, неловко прижимала к себе то, что Зайн нашел во время обыска — личный комп Хэнка, данные с камер, какие-то части из начинки химер. И окровавленные металлические руки.

— Только не говори, что предупреждала, — попросил ее Эйн и подставил плечо, помогая ей идти.

— Не стану, — отозвалась Мара, холодно и резко. И добавила мысленно «ты знаешь сам».

— Я не мог его упустить. Он слишком много знал.

— Ты все равно его упустил. Только теперь это может стоить Зайну жизни.

Она не стала говорить остальное — вслух не стала, передала сразу фрагментом своего сознания: на что были способны илирианцы, и что Эйну следовало об этом знать, верь он же видел Ойлера. Что она слышала о Кар Галларе и раньше, и только когда Эйн решился напасть, вспомнила, где.

— Он один из жрецов Икара, не обычный илирианец, из командования. Они держатся в тени, никогда не прилетают на Герию. Раз они отправили сюда Галлару, значит, относятся к захвату очень серьезно. Земля им необходима.

— Это мы знали и раньше.

— Только не знали насколько, — Мара забросила в флаер то, что забрала из дома Хэнка, забралась следом — к Зайну, и ей пришлось скрючиться, чтобы устроиться возле него, но она осталась, положила ему ладонь на лоб. — Держитесь, эллар. Если вы умрете, я никогда себе не прощу.

Зайн слабо усмехнулся — Эйн видел на виртуальном экране, когда запускал системы:

— Вы же не виноваты, Телура.

— Вы тем более, так что не смейте умирать.

Зайн долго протяжно выдохнул, прикрыл глаза, а потом Эйн стартанул вверх, нарушая все правила полетов в городе, и рванул в сторону убежища герианцев, в надежде, что его не тормознет какой-нибудь слишком законопослушный патруль.

Рьярра встретила их на воздушном причале с командой герианских медиков, и те сразу же погрузили Зайна на носилки, о чем-то негромко переговариваясь между собой. И Эйн понятия не имел, о чем шла речь — что случай не серьезный, и проблем не будет? О том, что Зайна не спасти?

Хотя последнее, конечно, вряд ли. Герианские мед-капсулы творили чудеса.

— В следующий раз, мальчик, — сказала Эйну Рьярра, раздраженно, зло, — бери капсулу с собой, ты еще ни разу не вернулся без раненых.

— Ага, — устало согласился он. — Вечно какие-то ублюдки не хотят меня оставить в покое.

Он обернулся на Мару, заляпанную кровь, красной и черной — герианской и человеческой — так, будто на нее вылили пару упаковок краски. С отвращением оглядел себя, Эйн и сам выглядел не лучше, и герианцы вокруг это подмечали — несколько техников, которые обследовали флаер и забрали то, что Мара захватила в доме Хэнка, медики. Они никак не комментировали, но взгляд их при виде крови становился цепким, слишком внимательным. Таким, что пробирало холодком изнутри.

— И вечно ты рвешься в драку, — добавила Рьярра, присмотрелась к нему внимательнее, и Эйн почувствовал себя крохотным под этим внимательным взглядом, ненавидел это чувство и то, что за время плена привык, что ее внимание означает боль. Очень много боли.

— Ты использовал эмпатию, — сказала Рьярра. — И истощил себя.

Эйн невесело усмехнулся, проводил Мару взглядом — она пошла с медиками, хотела удостовериться, что с Зайном все будет в порядке:

— Да, я в курсе. И про эмпатию, и про истощение. Я же сам это сделал.

— Это не игра, мальчик, ты не понимаешь, насколько серьезные могут быть последствия, — потом она помолчала, и ее настороженный, слишком внимательный взгляд ему не нравился. — Почему ты весь в крови?

— А Мара не рассказала? Она ведь с тобой связалась, предупредила про Зайна. У вас было время поболтать.

— Она сказала только приготовить капсулу. И предупредить техников. И вот ты приезжаешь весь в крови. Черная — это наша, кровь Зайна. Откуда взялась красная, если ты использовал эмпатию? Сила Телуры причиняет боль, она не наносит повреждений.

Эйн бездумно потянулся потереть лицо, поморщился, когда понял, что чуть не размазал кровь, и фыркнул, когда вспомнил, что и так заляпался с ног до головы:

— Считай, что я и в этом оказался особенный. И несчастный ублюдок, которого я ударил вашими фокусами, — Эйн приложил пальцы к виску, — сдох не от боли. Он вырвал себе сердце и подарил его мне.