Читаем Стальная дева онлайн бесплатно
— Значит, тебя казнят, — Эйн ведь и раньше понимал, что это возможно. И все равно не готов был принять: не того, что Мара могла умереть, а что убили бы ее так бессмысленно и глупо.
— Не сразу, — она задумчиво царапнула ногтями подлокотник кресла. — Если войска останутся здесь, то меня не тронут до нападения илирианцев. Я стальная дева, мои способности, — она коснулась пальцами виска, — понадобятся в бою.
Эйн фыркнул:
— А если Герия решит бросить Землю, тебя ждет казнь. Думаешь, Льенна с этим смирится?
У Мары потемнел взгляд, и чувства ее стали острыми, как отточенные лезвия:
— Я не позволю Льенне признать вину. Она не должна пострадать. Кто угодно, только не она.
Они замолчали, и Мара думала о том, что будет дальше. Эйн не улавливал отдельные мысли, но чувствовал все остальное.
— Я могу попросить о смерти здесь, — Мара нарушила молчание первой. — О том, чтобы защищать Землю против илирианцев.
Странно, она верила, что ей позволят. Что ее вообще станут слушать.
— Я Стальная Дева, Габриэль, — спокойно и веско сказала она. И это очень многое для нее значило. — Даже несмотря на предательство. Императрица согласится.
Странно, Мара даже не думала, о том, чтобы обмануть. Чтобы сбежать, когда нападут илирианцы.
Она собиралась остаться и умереть вместе с Эйном.
Это бесило и успокаивало одновременно. Он вообще не торопился умирать, и отказывался признать, что илирианцы уничтожат людей.
— Вас растят совсем отбитыми на этой вашей Герии, — сказал Маре Эйн. — А ты рано нас хоронишь.
Как они говорили в «Коршуне»? Хоронить надо мертвых, а живые всегда могут спастись чудом.
Хотя уцелело их из всего отряда четверо.
Мара спокойно кивнула и предложила:
— Я знаю, о чем ты думаешь, Габриэль. Я могу помочь. Если у тебя сохранилось послание от Меррика, я его расшифрую.
— Я не хочу, чтобы ты его видела, — Эйн пожал плечами. Хотелось доверять ей — из-за метки. Он убеждал себя именно так: все это было только из-за метки.
— Я все равно не смогу его открыть. Нужен твой генетический код.
Да, для того Вайн Эйна и позвал. Жаль не дождался.
— Сколько у нас еще времени? — спросил Эйн. — Когда мы поговорим с Императрицей? Если меня, конечно, допустят. Я же всего лишь мужик. Человек.
Мара повернулась к нему всем телом, посмотрела прямо в глаза. Эта ее привычка нервировала: нечеловеческая, странная. Мара будто заглядывала внутрь, и неприятно царапалась мысль: а ведь она и заглядывала. Могла читать Эйна. Все его мысли, страхи, сомнения.
А он ее. Вот только ее научили никогда не сомневаться и не отступать.
Эйн мог бы ее задеть, сделать ей больно. Но не смог бы ею управлять.
— Ты неправ, Габриэль. Ты не понимаешь Герию, и не понимаешь герианцев. Императрица не станет смотреть на тебя свысока. Она станет смотреть на тебя, как на союзника. Достаточно ли ты силен. Хватит ли тебе опыта, умения, воли — победить.
— Она ничего обо мне не знает, — резко напомнил Эйн.
— Узнает, Габриэль. Это Императрица. Ей достаточно одного взгляда.
Правда в том, что Мара и не пыталась подсмотреть послание Меррика. Она верила Льенне, Императрице и даже Рьярре. И послание Меррика больше не имело для нее значения. Только будущая война с илирианцами.
А ведь ни Стальная Сука, ни Льенна не называли сроки.
Мара разблокировала герианский код — он был ей знаком, это не потребовало много времени. И Эйн понял: это тоже была подсказка от Меррика. Как негласное предупреждение — не подпускать Сопротивление к этим файлам, информация лично для Эйна.
Мара ушла после того, как закончила с кодом. А ведь совсем не боялась, что Эйн сбежит.
Он разблокировал генетическую блокировку. Файлов от Меррика было шесть. Одно, самое первое видео-послание называлось «посмотри меня».
Эйн криво усмехнулся. У Меррика всегда было странноватое чувство юмора.
Виртуальный экран развернулся в защищенном режиме: видимый и слышимый только для Эйна. Лицо Меррика — усталое, осунувшееся приблизилось, а потом отдалилось.
— Эйн, у меня мало времени. Слушай внимательно.
Это очень было в духе Меррика, даже сердце защемило — Эйн оказывается скучал, — Меррик никогда не тратил время на то, чтобы здороваться.
— После того, что я сделаю, ты будешь считать меня предателям. Сегодня я встречаюсь с Наместницей. Мы столько лет потратили, чтобы избавиться от Герии, а теперь я сам готов подложить под них Землю. Я ненавижу герианцев, как и ты, но то, что придет вместо них хуже. Намного хуже.
Меррик говорил без стыда, смотрел прямо в камеру, будто мог видеть Эйна по ту сторону экрана, и не просил прощения. Он, в отличие от Эйна никогда не сомневался, никогда ничего не стыдился.
— Герианцы — это отрава, Эйн. Я этому тебя учил, и я готов это повторить. Медленный яд, который выкосит нас всех. Они загонят детей в интернаты, будут выращивать из них идеальных герианских граждан. Выкосят слабых, выкосят всех, кто не впишется в их ущербную картину мира. Но они не убьют нас сразу. Пока человечество живо, мы еще сможем отвоевать Землю обратно.
Он всегда так говорил: пока мы не сдались, мы еще можем все вернуть. Люди ему верили, Эйн в том числе.
