Читаем Стальная дева онлайн бесплатно

Механические руки и ноги мелькнули в воздухе, и подручных Ойлера вынесло сквозь пролом в стене на улицу. Зайн повернулся, сделал взмах кнутом, и они с грохотом полетели вниз. Взрыва не было.

Эйн посмотрел на Ойлера.

Ублюдок не переставал улыбаться:

— Вы убили отличных девочек, а я так долго над ними работал. Какая неприятность.

Эйн от души врезал ему ботинком в висок. Очень надеялся, что у механизированного мудака от этого закоротит какой-нибудь из его отбитых имплантов.

Вскоре прибыл отряд герианцев вместе с Марой, Ойлер оказался в кандалах-блокаторах, а Эйн с тоской подумал, как же вымотался за этот проклятый день. Вымотался и проголодался. Даже неловко стало, недавно ведь ел, меньше суток назад.

Габриэль, ты в порядке? — спросила Мара мысленно, и ее вопрос был окрашен тревогой — Эйн чувствовал, будто горечь на языке. Мара боялась: не того, что Ойлер сделал. Того, что могла сделать Рьярра.

Вот только теперь Рьярре уже не хотелось издеваться, ломать Эйна и превращать в своего послушного, слепого солдатика.

Нормально, — он тоже не стал говорить вслух, передал собственными чувствами.

И подумал: а ведь у него в руках был игольник. И Рьярра стояла спиной, он мог бы убить ее прямо сейчас. Отомстить и умереть, героически и глупо.

И оставить Землю расплачиваться за это.

Рьярра будто почувствовала что-то, обернулась, удивленно вскинула брови:

— Ты хочешь убить меня сейчас, мальчик?

— Очень, — честно ответил ей Эйн, усмехнулся уголком губ, а потом демонстративно убрал руку от оружия. — Но не стану. На твое счастье, Землю я люблю сильнее, чем ненавижу тебя.

Он ожидал усмешки в ответ, но Рьярра только спокойно кивнула:

— Хорошо. Я в тебе не ошиблась.

Мара подошла к ним, потянулась мысленно, и ее присутствие отдалось у Эйна в груди теплом.

Он мысленно закрылся и отступил на шаг:

— Пошли отсюда.

Обратно Рьярра летела с Ойлером и бойцами Льенны, а Эйн оказался в одном флаере с Марой и Зайном.

Она села на заднее сиденье, раскрыла виртуальные экраны.

Эйн не мог читать ее мысли, но успел уловить детали: она собиралась допрашивать Ойлера вместе с Рьяррой. Ей нужно было подготовить камеру и еще что-то из «особого» оборудования.

— Я буду с тобой на допросе, — сказал ей Эйн, и Мара отвлеклась на мгновение. Ответила спокойно и тихо:

— Габриэль, я справлюсь без тебя.

Он пожал плечами, бездумно погладил рукоять игольника:

— Я не спрашивал разрешения.

Он не стал пояснять очевидное: он не имел права ей доверять. И ему нужна была информация, вся, до которой он мог дотянуться.

— Габриэль… — начала она, и он перебил:

— Нет. Не в этот раз. Я пока еще не решил, кто лучше: вы или илирианцы. Попробуй не пустить меня на допрос Ойлера, и лучше станут они.

Зайн сидел рядом, Эйн видел, как напряглись его пальцы на управляющей панели, как Зайн весь подобрался, будто волчара, почуяв кровь:

— Дева Телура, мне вмешаться? Я готов наказать человека.

Да, кто бы сомневался. Герианские ублюдки привыкли прогибаться под своих баб, наверняка бесились, когда видели мужика, который говорил и решал за себя сам.

— Не нужно, эллар, — вроде бы интонация не изменилась, Мара почти никогда не повышала голос, но чувство было, будто вдоль позвоночника лезвием провели. Эйн тоже внутренне подобрался. — Я сама разберусь со своим меченым.

Зайн заткнулся, посмотрел вперед, а Эйн повернулся к ней всем телом:

— Я не герианец, и не собираюсь тебе подыгрывать. Я человек и отвечаю за других людей. Мне нужно знать, что ты вытащишь из Ойлера.

Она покачала головой:

— Я не хочу, чтобы ты это видел. Мы с Рьяррой будем пытать его. Так же, как Рьярра пытала тебя.

Эйн рассмеялся, потому что это он как раз понимал прекрасно:

— Да, я в курсе. И что?

Он чувствовал, как осторожно она подбирала слова, как боялась его задеть. И это тоже бесило. То, что она считала Эйна хрупким.

— Тебе не стоит на это смотреть.

— Это не тебе решать. Мне плевать кто я тебе. Твой меченый, твой ручной человек. Ты мне — еще одна герианка, которая скрывает информацию. Ты много наобещала. Смерть Рьярры, Землю обратно. И ты наврала. Поэтому сейчас ты заткнешься и пустишь меня на допрос.

Это было нечестно, бить по больному, обвинять ее в том, что от нее не зависело. Но Эйну нужна была информация, и он не для того ловил Ойлера, чтобы просто уйти в сторону и довериться герианцам.

И Мара послушалась. Ее чувства отозвались болью — приглушенной, чужой — а потом исчезли. И Эйну остался только едва уловимый отголосок присутствия.

— Хорошо, Габриэль, — сказала она, и замолчала.

Помещения для допросов у герианцев были совсем не такие, как у землян. Эйн никогда раньше не был в герианской камере и радовался этому. Над ним Рьярра издевалась в обычном мобильном модуле для жилья — пустом и безликом. Допросная, куда привели Ойлера, была серая с красным, выкрашенная неровно, будто ее кровью заляпали. На заднем плане из динамиков звучал тихий, едва уловимый шум, как треск перемалываемых костей, очень навязчивый, тревожный.

Было холодно, неуютно и отвратительно воняло кровью и застарелым страхом.

Эйн замер на пороге, и Мара задержалась в дверях, попросила: