Читаем Стальная дева онлайн бесплатно

— И не мечтай. Можно заменить мне руку, приятель Ойлер, — передразнил его Эйн, — но нельзя заменить мозги. Внутри я все еще человек.

— Я бы не стал зарекаться, — невинно заметил тот. — Что нельзя заменить мозги.

Эйн напрягся — прозвучало это как угроза. И он сразу вспомнил про чипы.

Ойлер рассмеялся:

— О, не пугайся. Я сейчас не про все эти страшные импланты и ларралы. Поменять мозги можно и без всяких механизмов. Достаточно просто ставить тебя раз за разом перед выбором. И этот выбор заставит тебя измениться. Жизнь программирует сознание. Поэтично, верно?

— Звучит ублюдочно, — честно сказал ему Эйн. Ойлер не обиделся, рассмеялся снова:

— Я знал, что ты это скажешь.

Эйн прищурился, оглядел его с головы до ног:

— А тебя тоже «запрограммировала» жизнь?

Как-то слабо в это верилось — что когда-то Ойлер был другим. Что его что-то изменило. И уж вовсе не получалось представить его нормальным: не убийцей, не маньяком.

— Конечно. Я старательно жил и выбирал, чтобы стать именно таким, — тот фыркнул. — И присмотрись получше. Разве я не совершенство?

— Ну, в конкурсе мудаков ты бы точно взял первое место, — признал Эйн. Поймал себя на том, как тяжело на него злиться. И разозлился уже на себя за это.

— Второе, — покачал головой Ойлер. — С меня сняли бы баллы за помощь тебе.

Эйн не понимал, зачем Ойлер задержался и возился с трупом, считал это очередным закидоном. И потому едва поверил своим глазам, когда Ойлер протяжно выдохнул и обхватил себя руками, дотянулся когтями до спины. Распорол кожу на лопатках.

Почему-то порезы почти не кровоточили. И казались не рваными ранами от когтей, а хирургическими порезами.

— Ты спятил? — Эйн не знал, как на это реагировать. А потом замер.

Подумал: не может быть. Просто нет, так не бывает.

Ойлер фыркнул беззаботно, снисходительно.

— Я же сказал тебе, что коробка с сюрпризами пригодится.

Он протянул Эйну окровавленные крылья, и они оказались неожиданно легкими. В сложенном состоянии еще и небольшими.

— Ты что, собираешься их сейчас себе ставить?

Эйн помнил, как ему устанавливали ларрал. И точно знал, что у них с Ойлером не было столько времени.

Бляста, да его вообще не было. Они рисковали даже задерживаясь на одном месте.

— Не смотри так, приятель Эйн. Обещаю. С крыльями мы все наверстаем.

Эйн в этом сильно сомневался.

— Ты же не можешь их в себя просто воткнуть. Они…

У них не было нитей из био-металла, вроде тех, которыми крепился ларрал Эйна. Так как тогда Ойлер собирался…

Нити выскользнули из его ран — тонкие, поблескивающие металлом микро-тросы. Они влажно блестели от крови. Эйн поймал себя на мысли, что раньше ему было бы противно. А теперь он ничего не чувствовал. Рядом с Ойлером понемногу привыкал ко всякой мерзости.

— Конечно, не могу, — тот ему подмигнул. Тросы проникли во внутренность крыла, притянули его к спине Ойлера. Прикрепили сбоку от металлического позвоночника. Эйн даже представить не мог, сколько всего нужно заменить, чтобы вот так подключать к себе любые ларралы. — Я не воткну в себя крыло. Я сделаю наоборот. Мои нити нежно проникнут внутрь, найдут там себе новый дом. Разве не прекрасно?

Не было в этом ничего прекрасного. И сам Эйн бы так не хотел.

Второе крыло закрепилось так же легко как первое. Ойлер расправил их, с тихим лязгом разошлись металлические пластины.

Крылья явно использовали дополнительные двигатели для полета — сродни тем, что стояли в скайлерах.

И то, как привычно Ойлер повел плечами, как привел крылья в готовность, выдавало — они и раньше у него были.

— Внимание, приятель Эйн, наступает наш любимый момент.

— Мы сваливаем, никого не встретив?

Эйн понимал, что это маловероятно. Все же их искали.

И должны были найти — если задуматься, даже раньше.

— Нет. Просто ты идешь ко мне на ручки.

Пальцы Ойлера снова были в крови. И убитых илирианцев, и своей.

Эйн выдохнул, подошел к нему вплотную и ответил с чувством:

— Спасибо, Ойлер. Ты помогаешь мне тебя ненавидеть.

Показалось, что с краю, на самой границе видимости скользнула едва уловимая тень.

Ойлер растянул губы в ухмылке. Сказал:

— Обними меня руками за шею. Мы становимся все ближе и ближе.

Эйн содрогнулся от отвращения. С удовольствием бы послал ублюдка подальше, но понимал, что его просьба — не прихоть. Так им будет удобнее лететь.

Обхватил Ойлера за шею, почувствовал, как тот одной рукой прижал его к себе. В такие моменты невозможно было воспринимать его как человека.

Ойлер казался механизмом, роботом. И напрягался Эйн даже больше от того, как это ощущалось — словно угодил в механические тиски. Скользкие от крови.

Что-то мелькнуло снова.

— Со мной, приятель Эйн, ты будешь летать, — шепнул ему Ойлер, рассмеялся громко и беззаботно, а потом отскочил к самому краю перехода, замер на мгновение на самом краю… и рухнул спиной вперед.

Эйн стиснул зубы, чтобы не заорать. Страшно было — несмотря ни на что страшно. Закладывало уши, сердце билось как сумасшедшее.

И он все ждал — когда же Ойлер активирует крылья. Казалось, падение длилось бесконечно.

Отдавалось в висках раз за разом: мы разобьемся, разобьемся, бляста, разобьемся!