Читаем Стальная дева онлайн бесплатно
Тана едва заметно улыбнулась:
— С тобой все нормально. Ты обычная дева любви.
Эйн так и не смог к этому привыкнуть. И всегда, когда его называли «девой», чувствовал себя… «сложно».
— Габриэль человек. Он хрупкий и слабый, — холодно отозвалась Мара. — Приравнивать его к герианкам — ошибка.
Эйн фыркнул:
— А ты не щадишь мое самолюбие.
Он бы разозлился раньше, но теперь понимал — Мара на самом деле не считала его слабым. Просто пыталась защитить, отчаянно и глупо, потому что не было у нее никаких реальных возможностей спасти его от Таны.
— Так что там с особенностями? — спросил он. — Готов спорить, они мне не понравятся.
— Не спорь, Габриэль Эйн, ты можешь проиграть, — Тана легко щелкнула когтями в воздухе. Связь была отличная, виртуальный экран передавал все вплоть до мелочей. — Когда девы любви умирают… нам свойственно звать на помощь. Это бессознательный порыв, последняя отчаянная мера. Мы зовем тех, с кем связаны.
— Эмпатия зовет, — отозвался Эйн и нахмурился. — И я, когда умирал, позвал тоже.
— Дева зовет всех, с кем связана, — легко согласилась Тана. — Всех, кто может ей помочь, всех, до кого дотянется ее любовь.
— Ойлер, — предположил Эйн, потому что глупо уже было отрицать. — Нагара, наверняка.
Последнее он не мог произнести вслух. Не мог себя заставить.
Тана сказала за него:
— Ты позвал Галлару.
Да, теперь Эйн понимал — и почему Мара хотела это скрыть, и зачем Императрица позвонила лично.
— Он ведь большая шишка там, на Илирии. Да?
— Очень… ценный экземпляр, — Тана мягко улыбнулась. — Крайне осведомленный.
— Картер и Рьярра знают… что я его позвал? — Эйн устало потер лицо ладонями, почувствовал себя… слишком старым для этого дерьма.
— Конечно, человек. Это слишком важная информация, чтобы ее утаивать.
Но Мара все равно попыталась. Да, любовь и правда заставляла вести себя по-идиотски.
— Если использовать мою эмпатию, сможем заманить Галлару, — сказал Эйн.
— Ты умрешь до того, как он придет. И Галлара не идиот, он возьмет с собой войска, — холодно вмешалась Мара. — Это значит, что мы не сможем привести его сюда. Придется выбрать другое место. Место, которое хуже оборудовано, место, которое означает риск.
— Риск того стоит, — напомнил ей Эйн. — И ты сама это понимаешь. Если мы можем получить информацию от Галлары, это стоит любого риска.
— Мы не получим ничего! — Мара заговорила громче, резче, на мгновение Эйну показалось, что она повысит голос, но ее слишком хорошо для этого вымуштровали. — Чтобы использовать этот зов, надо держать тебя на грани смерти. Ты должен чувствовать, что умираешь, мгновение за мгновением, минута за минутой и так — часами, пока Галлара не появится. Ты можешь умереть в любую из этих минут. Умереть глупо, бессмысленно и…
Она замолчала, отвела взгляд. И Эйн видел, чего ей стоило — молчать.
Эйн ее понимал. Если бы было наоборот, если бы это ей надо было страдать, чтобы приманить Галлару… да, Эйн чувствовал бы себя так же.
Но он бы это принял — даже это ради Земли. Ради победы в войне.
Наверное, он просто был хуже, чем Мара.
— Ты не защитишь меня, ты же знаешь, — с усмешкой сказал он. — Не запрешь в ящике, не убережешь от опасности. И выбор не за тобой.
Жестоко было говорить ей это. Но необходимо.
— Я в тебе не ошиблась, Габриэль Эйн, — безмятежно заметила Тана.
— Да, это было понятно еще когда я перебил солдат из отряда Нагары, — Эйн хрипло хмыкнул. — Эй, это вообще возможно — держать меня при смерти столько времени?
— Да, — легко отозвалась она. — Неприятно, но возможно. И ты не умрешь. Я прослежу за этим лично. Худшее, что тебе грозит — Галлара заберет тебя обратно.
Эйн вздрогнул. При таком раскладе он точно предпочел бы умереть.
Галлара был всем настолько нужен, что Тана прилетела на Землю лично. И Эйн остро почувствовал момент, когда она оказалась на базе. Он все еще сидел в палате, Мара была рядом держала его за руку и злилась.
Эйн чувствовал, что ей нужно скоро уходить — что-то связанное с тем, что наступило утро, что-то там с Зайном — но она не говорила, зачем.
А потом в воздухе появилось странное, давящее ощущение, как будто их всех накрыло тяжелым уютным одеялом — чувством безопасности, неуловимым желанием идти на беззвучный зов.
— Уже здесь, — сказал он. — Ну, и ладно. Лучше не затягивать.
— Габриэль… — Мара замолчала, и он чувствовал: хотела отговорить. Но сказала она другое. — Не смей умирать.
— Ты запрещаешь? — он усмехнулся.
— Да. Как твоя дева.
Она потянулась, коротко коснулась губами его лба. Эйн перехватил ее за руку:
— Эй, а сама ничего мне рассказать не хочешь? Например, куда идешь.
Он почувствовал, как она напряглась, и сжал руку.
Уловил отголоском — что-то про про наказание.
— Это не опасно, — отозвалась она. Но все еще отгораживалась, и Эйн фыркнул:
— Знаешь, я ведь чувствую, когда ты врешь.
— Хорошо, — она медленно выдохнула. — Это не смертельно. Габриэль, ты попытаешься меня удержать? Именно ты?
Он коротко коснулся ее ладони губами, легко прикусил:
— Неа, не хочу лицемерить. Просто… ты тоже себя береги.
Она поколебалась, а потом признала:
