Читаем Стальная дева онлайн бесплатно
Эйн напрягался от каждого шороха, вздрагивал и все ждал, что это возвращается Галлара. Был уверен, что в любой момент снова вернется на разделочный стол.
Несколько раз он чувствовал Мару — ощущал ее присутствие отчетливее и был уверен, что она его ищет. Но не слышал слов, и ничего не говорил сам.
Отчасти даже радовался, что она далеко. Не хотел, чтобы она видела его таким. И стыдился того, что хотел умереть. Так сильно хотел умереть, что был готов утянуть с собой и ее. Лишь бы больше не было боли.
Поняла бы она? Смогла бы герианка вроде нее вообще осознать, что бывает так больно, что тебя больше нет. Ты превращаешься в трясущийся, воющий комок мяса, и сделаешь что угодно, лишь бы это закончилось?
Он думал, что нет — нет, она не знает. Сильная, самоуверенная герианка, откуда ей знать, что такое настоящая беспомощность?
Дверь отворилась, и Эйн дернулся так сильно, что чуть не оборвал трубку, которая тянулась к боксу.
Зашел не Галлара. Это был Лаури.
Издали мелкий илирианец еще больше напоминал Ойлера — не чертами лица и не фигурой, нет чем-то неуловимым, чему Эйн не мог подобрать названия.
Лаури подошел к прозрачному боксу, опустился на корточки плавным, каким-то звериным движением, и по-птичьи склонил голову набок.
Эйн следил за ним с настороженным интересом. Не понимал, зачем тот пришел. Боялся, что по приказу Галлары.
Чтобы забрать Эйна обратно на разделочный стол.
— Я ему не сказал, — проговорил вдруг Лаури. Он казался абсолютно безразличным, и в словах его, в каждом звуке была скука. — Он хочет знать, когда ты используешь силу. Когда заставишь меня полюбить.
Эйн нахмурился. Совершенно не понимал, о чем тот.
Что Лаури не сказал? И кому?
— А ты уже. Это ведь любовь? Это приятное щекочущее чувство. Это веселое приятное чувство.
Эйн не понимал, прохрипел:
— Я ничего не делал. Я не… не мог.
Он мог только кричать.
Но что если… что если сила просочилась вместе с криком?
— Мне нравится, — безмятежно сказал ему Лаури. — Я хочу еще.
Он потянулся и небрежно разломал трубку, которая висела сбоку.
— Если я буду тебя ломать, я почувствую еще?
И Эйн понял, почему мальчишка так напоминал ему Ойлера. Лаури был такой же отбитый.
Ойлеру нравилось резать других. Он наслаждался чужой болью.
И мальчишка тоже.
— Галлара… — прохрипел Эйн. — Галлара меня не отдаст.
— Не отдаст, — подтвердил Лаури, потом потянулся и легко поднял Эйна на руки. Как игрушку. — Но я его отвлек. А потом он нас не найдет. Я заберу тебя, и ты будешь только мой.
Лаури улыбнулся, наклонился к Эйну и ткнулся носом в висок — как собака.
— Сделаю тебе больно. А ты мне — хорошо. Это и есть любовь.
Эйн был уверен, что это точно не она. А значит, и не эмпатия. Мальчишка просто поехал потому что…
Осознание заставило его похолодеть.
Лаури ждал, что почувствует любовь. Из-за эмпатии. Его же предупреждали.
А потом он начал резать. И ему стало хорошо.
Потому что он такой же больной ублюдок, как и Ойлер.
Вот, значит, что он принял за любовь.
— Отдохни, — шепнул ему Лаури. А потом что-то впилось в шею Эйна, и мир снова стал уплывать, растворяться в черноте. — Отдохни, мы скоро продолжим.
ВНИМАНИЕ.
Перед тем, как исчезнуть, его сознание вспыхнуло страхом. И Мара застыла — страх отдался у нее внутри, чужой, но сильный, и ее собственный разум рванулся к Габриэлю.
Удержать, не позволить ему пропасть.
Мара отказывалась верить, что он мертв. Нет.
Не так глупо, не сейчас и не…
Нет.
Она заставила себя взять страх под контроль. У нее не было права паниковать и сомневаться.
Габриэль был нужен илирианцам. Они не убили бы его так просто.
Он был жив. Других вариантов она не принимала.
— Милая? В чем дело? — они с Ойлером уже вылетели. Взяли один скайлер на двоих, просто чтобы Ойлер мог экономить силы.
У Леннера, Зайна и Салеи у каждого были свои полетники.
Ойлер прижимался грудью к ее спине. Наверняка почувствовал напряжение.
— Габриэль, — отозвалась она. — Он без сознания и его перевозят.
Какое-то время их связь усиливалась, значит, хотя бы направление Мара выбрала правильно.
Но зачем Габриэля забирали? Могли ли его забрать на Илирию?
Она слишком хорошо знала ответ.
Ойлер наклонился к самому ее уху, шепнул:
— Так чего же ты медлишь? Лети за ним быстрее.
Ей и самой хотелось — сорваться, мчаться на пределе возможностей скайлера, ловить исчезающий след Габриэля, в слепой надежде, что успеет.
Безрассудно и глупо, так мог бы сорваться человек. Так мог бы сорваться сам Габриэль.
И Ойлер, потому что он стал слишком похож на человека за время жизни на Земле.
— Остальные отстанут, — отозвалась она. Заставила голос звучать спокойно.
