Читаем Стальная дева онлайн бесплатно

— Леннер, — сказал ему Эйн, — тронешь Мару, и живым ты отсюда не выйдешь.

Ублюдок рассмеялся ему в лицо:

— Ты никогда не умел угрожать, малыш.

А потом он на мгновение перестал улыбаться, посмотрел на девчонку-выбраковку, внимательным, цепким взглядом, который Эйн не видел раньше, который не понимал.

Но, может, понимала мелкая герианка, она просто кивнула в ответ.

И Леннер усмехнулся:

— Без обид, малявка. Тебе просто не суждено жить.

Что ты творишь? — хотелось спросить Эйну.

Что ты, бляста, несешь? Перед тобой ребенок.

Эйн что, единственный, кто это понимал?

— Знаешь, Леннер, — с отвращением сказал ему Эйн, — может, ты и ненавидишь герианцев. Но был бы ты другого цвета, ты бы среди них вписался как родной.

Леннер напрягся, всего на мгновение, а потом растянул губы в ухмылке. Прозрачные глаза казались стеклянными:

— Повезло мне тогда, малыш, что я не родился другого цвета.

Девчонка-выбраковка зашла на тренировочную арену первой.

Леннер пошел следом, и Рьярра остановила его коротким жестом:

— Не торопись, человек. Она тебе уступает, дай ей фору.

Леннер фыркнул добродушно:

— А как же равные условия, сука. Или ты подыгрываешь своим? Одобряю.

Раньше, когда Эйн был в плену, он тоже звал Рьярру сукой — поначалу, пока еще цеплялся за гордость и надеялся сдохнуть пусть не героем, но хотя бы не опозорившись. Но она быстро отучила его от оскорблений.

А Леннера не тронула, и от этого внутри разливалась раскаленная, мелочная злоба.

— Подыгрываю вам обоим.

Она повела рукой в воздухе, и возникли виртуальные экраны — это был вид сверху, и немного он напоминал лабиринт.

Девчонка-выбраковка не бежала вперед, пробиралась медленно, внимательно оглядываясь по сторонам.

Отпрянула в сторону внезапно и резко — и выскочившая из щели в стене лазерная струна прошла совсем рядом, задела ее волосы. Аккуратно срезала несколько прядей.

Леннер присвистнул:

— Веселые у вас экзамены. Эй, малыш, такого даже у нас в учебке не было.

Показалось, что появилось в его голосе какое-то новое, непонятное напряжение.

Или же Эйн просто принимал желаемое за действительное.

— Такими темпами, — добавил ублюдок, — соплячка не доживет до меня. Помрет от ловушки намного раньше.

— Еще одной мертвой герианкой больше, — Рьярра усмехнулась. — Разве плохо, человек?

— Ну, она все же мой билет к другой сучке.

Рьярра рассмеялась:

— Тогда пожелай ей удачи.

Дальше девчонка пробиралась вперед еще осторожнее. Дошла до развилки и долго изучала оба прохода, и ни разу не оглянулась назад. Но она ведь знала, что Леннер пойдет за ней следом.

— Что-то фора затянулась, — угрюмо сказал ублюдок.

И Эйн в который раз подумал: насколько же проще была бы жизнь без него. И сложнее.

С Леннером всегда было так. Его полезность едва-едва перевешивала все говно, которое тот творил.

— Не переживай, человек, она прошла совсем мало. А ты уже подсмотрел все ловушки, знаешь, чего ждать. Ты сильнее и быстрее, ты нагонишь ее без проблем.

Эйн думал: а еще пару дней назад ты обещала девчонке шанс. Это твой шанс?

Выставить ее против Леннера? Леннера, который поймал Зайна?

— Нагоню, — легко признал Леннер. Без улыбки признал, как данность, и смотрел не на Рьярру, а на экран. — Думаешь, я ее не убью? Вроде как пожалею ребенка? Увижу в ней свою дочку? Не увижу, и не пожалею.

Рьярра повернула к нему голову, склонила набок — Мара так делала, когда думала, что переводчик перевел что-то неправильно:

— Дочку, человек? Она ничем не похожа на твою дочку. Ничего общего.

Эйн говорил ему то же самое, и так же как и Леннер не понимал — зачем. Чего Мара пыталась добиться используя выбраковку.

Девчонка на экране двинулась вперед, потом обернулась — вероятно, услышала что-то. И снова среагировала вовремя — заряды, которые вылетели с потолка, ее почти не задели — только один опалил рукав куртки.

Девчонка зашипела, стиснула зубы — так терпели боль те, кто умел это делать, кого боль не останавливала.

— Ага, — задумчиво сказал Леннер, не сводя взгляда с экрана. Может, запоминал ловушку и радиус поражения. Может, просто думал о чем-то своем. — Ничего общего. У вас не бывает детей. В с раннего возраста все маленькие, злобные суки.

— Которые изо всех сил цепляются за жизнь, — будто между прочим сказала Рьярра. Усмехнулась чему-то своему. — Ты много говорил с ней. Когда она была в камере.

Леннер усмехнулся в ответ. Сжал пальцы, и у Эйна вдруг возникло ощущение — что Леннеру хотелось взяться за нож. Что ему не хватало оружия.

Или же Эйн это просто надумал. Он уже не верил, что однажды сможет ублюдка понять.

— Я проторчал в одиночке… сколько? — Леннер фыркнул. Добродушно, жутко. Наверное, самым жутким в нем было как легко, как естественно он вел себя с теми, кого ненавидел. Кого на куски готов был разобрать. — Я и с тобой говорю, сука. И с Ойлером болтал, когда тот заходил. И с бесстрашным лидером. Я вообще довольно болтлив. Особенно, когда речь заходит про дочку.

— И что ты говорил ей про дочку? — спросила Рьярра.

Леннер не ответил.

— У выбраковки нет имени, — спокойно пояснила Эйну Рьярра. — Как только выявляется отторжение имплантов, выбраковке оставляют только номера.