Читаем Стальная дева онлайн бесплатно

На мгновение Эйну показалось, что тело Мары пошевелилось, но она не приходила в себя, разум оставался за темной пеленой боли.

— Я знаю, на что ты надеешься, малыш, — безмятежно сообщил Леннер, сделал еще один крохотный глоток энергетика. — Что сейчас она придет в себя и поджарит мне мозги. Но знаешь, против всего можно найти средство, если долго искать. И я его нашел. Боль. Боль им мешает.

Эйн знал, что это не правда, Мара могла использовать ментальные удары, даже когда сама была ранена — хуже, слабее, но могла.

Леннер усмехнулся, будто прочитал его мысли:

— Вот только боль, малыш, подойдет не всякая. Нужно нечто особенное — достаточно сильное, продолжительное. Нужно, чтобы выветрился адреналин и прошел шок.

Эйна мутило от мысли о том, как Леннер все это выяснил, но он все равно спросил:

— И скольких ты убил?

— Можно подумать, я считал. Сам понимаешь, в перестрелке особо не до математики. Но лично, один на один… тридцать два. Тридцать четыре, если считать вас. Хотя тебя я зря добавил. Ты же человек, хоть и гнилой.

Эйн пытался представить, понять — когда. Когда у Леннера была возможность похищать и пытать герианцев, экспериментировать с ними.

— Меррик знал? — спросил он. Хотя даже если бы знал, вряд ли был бы против.

— Догадывался, — Леннер пожал плечами, допил энергетик в три больших глотка и небрежно бросил пустой банкой в Мару. Жестянка отскочила на пол, покатилась с глухим звуком. — Меррик не спрашивал, откуда у меня информация. А я много ему приносил. Больше остальных.

Он протянул руки, сложил пальцы в рамку и посмотрел сквозь них на Мару, будто выбирал удачный кадр в объектив.

— Серые суки, малыш, отлично надрессированы. Все из себя сильные и выносливые, презирающие боль. Стойкие идеальные солдатики. Но и они ломаются, совсем как мы.

Эйн вспомнил давний разговор с Марой, как она сказала, что Рьярра могла бы сломать и ее. Как спокойно признавала, что у нее есть предел.

— Думаю, это наш талант, малыш. Люди могут сломать что угодно.

В тот момент она застонала, дернулась в оковах, и из ладоней потекла черная кровь. Вниз по рукам, тонкой струйкой по ребрам и ниже.

Мара, — мысленно позвал ее Эйн, и на него дохнуло ее болью — будто жаром из доменной печи.

Габриэль.

Ее ответ прозвучал слабо, беспомощно. В него вплетались вопросы и непонимание — Мара еще не вспомнила, что произошло. Еще не осознала, что с ней. Ей просто было больно.

— Быстро она, — весело заметил Леннер, легко вскочил, подошел к ней. Эйн почему-то всегда забывал, как быстро, как умело Леннер мог двигаться, если ему было надо. — Проснись и пой, красотка.

Он невесомо погладил рукоять ножа, торчащую из живота Мары, а потом обхватил, потянул на себя и с силой всадил внутрь снова.

Мара закричала, дернулась в оковах, и ее боль — белая, раскаленная и невыносимая агония — задели Эйна, отозвались фантомной резью внутри.

— Отличный голос, — добродушно фыркнул Леннер. — Таким голосом хорошо петь колыбельную дочке. Вот только у тебя ее нет. И у меня больше нет. Мы с тобой так похожи.

Эйн дернулся, пытаясь освободиться, хоть и понимал, что все бесполезно. Просто не мог спокойно смотреть и ничего не делать.

Леннер отвлекся от нее на мгновение, подошел и пнул носком армейского ботинка в живот, Эйн задохнулся:

— Тише, малыш. Не порть свидание. Ты от этой суки уже все получил. Теперь моя очередь.

Мара тяжело дышала, выдыхала с хрипами, и звуки казались беспомощными, напоминали рыдания.

Держись, — мысленно сказал ей Эйн. — Держись, тебе нужно только отдать мне боль. И тогда ты сможешь избавиться от Леннера. Мара, ты сможешь. Отдай мне боль.

Она застонала сквозь зубы, с трудом подняла голову, посмотрела на Эйна мутными, остекленевшими глазами, потом на Леннера, и беспомощно зажмурилась.

Не сейчас, Габриэль. Когда он подойдет… к тебе… Иначе… не спастись.

Леннер слишком хорошо ее зафиксировал. Даже если бы она его вырубила… освободиться бы не смогла.

Ее сознание было как свеча на ветру — то разгоралось все ярче, то тускнело.

Отдай хотя бы часть, — предложил Эйн. И поймал себя на идиотской мысли, что смотреть на это, видеть, как Леннер над ней издевается, смотреть без возможности вмешаться — было хуже, чем просто боль.

Нет, — ее ответ прошелестел шепотом в голове. — Береги силы. Мой Габриэль.

— Чего ты… хочешь? — выдохнула Мара. Леннер взял ее лицо в ладони, повернул из стороны в сторону, рассматривая маску.

— Да все того же, детка. Хочу убивать таких как ты. Хочу проснуться года четыре назад, от того, что дочка притащила мне рисунок показать. Хочу, чтобы ничего этого не было, и меня, живого мертвяка, тоже не было. Но я не гордый, если все получить нельзя, мне и убийств хватит. Ты расскажи мне, где остальные. Расскажи, не стесняйся. И я убью тебя быстро.

Он подался вперед, прижался щекой к ее щеке и шепнул:

— Перережу глотку. Ты умрешь за минуты. Соглашайся, это отличная сделка.

Мара рассмеялась, хрипло и тихо — и в тот момент она напомнила Эйну Рьярру:

— Ты думаешь, я боюсь… боли.

— Конечно, нет, детка. Ты же сильная. Ты не боишься, пока не умеешь. Но я тебя научу.