Читаем Стальная дева онлайн бесплатно
Он был готов к новой волне боли, к ярости, к тому даже, что Мара потеряет контроль. Но она смотрела равнодушно и спокойно. И чувства ее — острые, ледяные — заставляли что-то внутри сжиматься от страха. Эйн вдруг вспомнил ее такой, какой увидел на мосту Ойлера. Ее решимость, ее мастерство. Ее способность добиваться желаемого, несмотря ни на что.
А потом она вдруг кивнула и что-то внутри Эйна отпустило — будто разжались острые ледяные когти.
— Хорошо, — сказала она.
Это было так неожиданно, что Эйн даже переспросил:
— Хорошо?
— Ты сказал сам, что станешь называть меня, как я заслуживаю. Этого достаточно.
Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.
— А что, если я решу, что ничего кроме «суки» ты не заслуживаешь?
— Ты будешь неправ, — заметила она. — И я действительно ударю тебя и поставлю на колени.
Она перестала держать дистанцию, ее сознание стало намного ближе, и Эйн просто почувствовал и увидел — мир ее глазами. И себя.
Для Мары все было очень просто. Ее растили с верой в то, что оскорбления смываются болью. Что за них можно и нужно назначать наказания.
Ты много сил вкладываешь в себя, в то, чем хочешь стать. Ты не рождаешься с правом на жизнь, на признание и уважение. Ты добиваешься их сам, создаешь свое право или умираешь в процессе. Тот, кто пытается обесценить твои усилия, заслуживает удара в ответ.
Она позволяла Эйну многое — больше, чем любому другому мужчине, потому что Эйн был человеком. Он не знал законов Герии, не понимал последствий своих слов. Хотя, тут он позволил себе усмехнуться, ни одному герианцу даже в голову не пришло бы назвать стальную деву сукой.
В этот раз Эйн перешел границу того, на что Мара готова была закрыть глаза. Дело было даже не в том, как он ее назвал, а за что и при каких обстоятельствах.
Ее это задело — достаточно сильно, чтобы ударить в ответ.
— Хватит лезть мне в голову, — сквозь зубы выдавил Эйн, и усилием воли отгородился. — Я тебя понял.
Мара не пыталась больше приблизиться, и ее присутствие внутри опять стало едва ощутимым.
— Ладно, — продолжил он. — Мне нельзя называть тебя сукой, я не стану этого делать. Тебе это неприятно, ты хочешь, чтобы я тебя уважал — принимается. Я буду. Но взамен ты никогда — слышишь меня? — никогда ударишь меня снова. Иначе, даю тебе слово, после того, как с Рьяррой будет покончено, я найду способ добраться до тебя. И мы узнаем, кто лучше умеет воевать.
Она склонила голову:
— Хорошо.
Он сделал глубокий вдох, и заставил себя успокоиться. Мара и ее помощь были нужны Сопротивлению. И только это имело значение.
Личные разочарования не в счет.
— Вот и отлично. Просто супер.
На самом деле ничего кроме общих интересов их не связывало.
Секс на кухонном столе не в счет.
— И что дальше? — спросил Эйн. — Льенна сказала привезти тебя сюда, я это сделал. Скажи, когда я получу информацию о винтовках, и разбежимся.
— У тебя есть подходящее убежище?
Он стиснул зубы и заставил себя ответить спокойно, так же как говорила она:
— Нет. Я с ног сбился, пытаясь перестроить всю сеть Сопротивления. Искать запасную квартиру еще и для себя времени не было.
— Общее убежище?
— Я не пойду туда без необходимости.
Она не стала спрашивать почему, наверняка понимала и сама — он не хотел, чтобы она уловила лишние детали.
— Тебе не стоит сейчас рисковать.
— Можно подумать, мне самому нравится ситуация.
Мара замолчала, Эйн уловил отголосок ее нерешительности — чувство мелькнуло и пропало, и он даже подумал: не показалось ли? А потом она ответила:
— Ты мог бы остаться у меня на несколько дней. Пока я не найду для тебя убежище.
Предложение было такое абсурдное, что Эйн даже переспросил:
— У тебя? В Высшем Квартале?
— Нет. В Северном Секторе, неподалеку отсюда. Там есть запасное жилье.
— То есть ты там даже не бываешь?
Она спокойно отозвалась:
— Габриэль, мне тоже придется остаться там. Мне нужно расследовать, что происходит на территории Ойлера, но я не хочу, чтобы об этом знали те, кто служит Рьярре.
— Ойлер псих и ублюдок, но к тебе он не имеет отношения. И если у него и остались какие-то счеты, то со мной. Тебе незачем в это лезть.
Тем более, если она планировала расследовать что-то в одиночку. Эйн мог злиться на нее, но смерти все-таки не желал. Особенно такой, какая обычно случалась с врагами Ойлера.
— С чего вдруг такой интерес? — спросил Эйн. — Откуда ты вообще знаешь про ублюдка? Он обычный торгаш с уродскими хобби.
— Он транзерг, Габриэль. Илирианец. Я хочу понять, что он вообще делает на Земле.
Эйн слышал про Илирию — одну из планет-колоний в составе Империи. Кажется, она была завоевана в числе первых, лет сто назад, когда Герия только начала расширять свое влияние и строить Точки Перехода. Герианскую историю Эйн представлял себе смутно. Он только слышал, что предки герианцев были людьми — наверное, еще из первой волны переселенцев.
Илирия, если он правильно понял, считалась дальней колонией, но что это значило, учитывая, что герианцы строили свои Точки Перехода, а не летали на кораблях, Эйн понятия не имел. И колонисты считались гражданами Империи.
