Читаем Стальная дева онлайн бесплатно

— Значит или нет вообще не важно. Мы не сможем организовать оборону Земли, не объяснив людям, от кого. Мне не нравится, что столько людей в курсе событий. Но иначе не выходит. Только если мои бойцы будут знать, что есть агенты илирианцев на планете, они смогут их вычислить.

Она нахмурилась, и Эйн уловил отголосок ее сомнения.

— Все получится, — с нажимом сказал он. — Да, илирианцы контролируют людей, но, если присмотреться, можно понять, что что-то не так. Даже ты подозревала тех ублюдков из Котлована. При близком знакомстве, они бы точно себя выдали. Если бы кто-то начал себя странно вести в Сопротивлении, остальные бы поняли. И точно не смолчали бы.

По крайней мере, он на это надеялся.

— Тебе виднее, Габриэль. Я плохо понимаю людей.

— Ты отлично понимаешь меня, — он усмехнулся. — Мара, мы справимся. Понимаешь? Любая война должна начинаться с этого. Ты должна верить мне, что мы справимся.

— Меня учили начинать войну не с веры, — она оторвалась от полетной трассы, посмотрела на него. — С просчета рисков, наилучшего способа действовать. Со сбора информации и ресурсов. Вера на Герии не имеет большого значения. Воля, сила, решимость действовать, способность находить выход. Но не вера. Как вы это делаете? Когда разум говорит вам, что надежды нет и победить невозможно, как вы продолжаете верить?

Она держалась так спокойно, даже чувства скрывала, и только пальцы вцепившиеся в край панели управление, напряженные до боли, ее выдавали.

Эйн и сам не понимал, почему такая крохотная, незначительная деталь имела для него значение — то, что Маре не все равно, что она пыталась понять людей.

— Не знаю, — сказал он. — Может, потому что мы еще живы. И думаем: приберегу безнадегу на последний выдох. Иначе какой смысл вообще дышать?

Мара помолчала:

— Я не умею верить, Габриэль. Но, если тебе это нужно, я постараюсь. И постараюсь, чтобы твой последний выдох наступил намного позже моего.

После этого она будто встряхнулась, снова укрыла свои чувства за стеной и спросила:

— Что насчет людей в Котловане? Думаю, большинство из них погибли при атаке, но можно попытаться найти остальных. Кто-то должен их контролировать.

— Ойлер наверняка знает, — Эйн тоже уцепился за возможность сменить тему. — Надо расспросить его хорошенько.

— Или он знает, как вычислить того, кто управляет людьми. Но Ойлер может солгать.

Да, Эйн это понимал. И думал — что Рьярра предложила отличный выход. Временную метку.

Он все еще не хотел ей доверять. Стальная Сука обещала помогать ему, и что намного важнее — подчиняться.

— Я не хочу доверять Рьярре, — признал он.

— Это понятно, — спокойно, взвешенно заметила Мара. — Ты пострадал из-за нее, у тебя психологическая травма.

— Все еще смотришь на меня свысока? — Эйн усмехнулся. — А я думал, любовь изменит тебя к лучшему.

— Любовь не сделала меня слепой, — сухо заметила Мара.

Эйн покачал головой, соврал, прекрасно понимая, что врет:

— Травма и прошлое здесь не при чем. У Рьярры есть мозги, есть свои войска. И она лично меня… — он запнулся на слове «пытала», сказал иначе, — обрабатывала. И вдруг готова подчиняться. В то, что она хочет помочь я верю. Но не в то, что она станет меня слушать. Не после всех разговоров о том, что она сама меня, — он едва не выплюнул последнее слово, — «сделала».

Мара вывела тюремный флаер к площадке над базой Сопротивления — одной из дальних и редко используемых, затерянных в индустриальном районе:

— Ты мыслишь, как человек.

— Я и есть человек.

— Рьярра вложила в тебя силы и время. Считает, что сделала тебя таким, как ей нужно, — флаер медленно пошел на посадку. — Она не верит, что ты способен на решения, которые ей не подойдут. Конечно, она будет подчиняться. Она верит в тебя — потому что ты результат ее работы. Рьярра делает свою работу хорошо.

Мара говорила это как нечто само собой разумеющееся. Ей не нравились методы Рьярры, ей было жаль Эйна, но она тоже верила: когда вложил силы в чье-то воспитание, когда признал, что это твоя работа — нужно принимать последствия. Какими бы они ни были.

Эйн не мог объяснить ей, что она ошибается. Просто не знал как.

И потому сказал только:

— Пока никаких гарантий, что она вообще умеет подчиняться.

Флаер качнуло, и он приземлился очень плавно, мягко. Эйн даже не почувствовал момента, когда нижние полозья коснулись причального покрытия.

Мара поднялась с кресла плавным, экономным движением, посмотрела на Эйна невозмутимым, равнодушным взглядом:

— Габриэль, тот, кто умеет только подчиняться, все же может стать хорошим подчиненным. Но тот, кто умеет только командовать, никогда не станет хорошим командиром.

Эйн уловил в ее мыслях — это то, чему их учили в их герианском Интернате, и то, во что Мара верила.

И думала, что Эйну тоже хорошо бы понять.

Сразу захотелось поцеловать ее — от души, так чтобы она и думать забыла о том, чтобы его поучать.

Жаль, что было не время и не место.

— Пока я не убедился, что Стальная Сука станет меня слушаться, я лучше отправлю Леннера разведать, кто остался в Котловане. И с Ойлером поговорю сам.