Читаем Стальная дева онлайн бесплатно
Эйн едва мог дышать сквозь ее боль.
А потом все прошло. Мара открыла глаза, посмотрела на него с ненавистью. И отвернулась.
Она знала, что Эйн сделал. И знала, чем это могло для нее обернуться. И за это она ненавидела.
Ну, и ладно, — зло, остервенело сказал себе Эйн. Сделал вид, что ему наплевать. — И ладно.
По крайней мере, она была жива, чтобы ненавидеть.
Он перенес ее в скоростной полетник, на котором прилетела герианка — даже имени ее не спросил, да и не хотел знать — бросил только: отвези Леннера к Рьярре.
И получил в ответ:
— Я знаю, человек. Это приказ Элеры, не твой. Мужчине я не подчиняюсь.
«Ну, и бляста с тобой», — подумал он, и полетел, набирая скорость к Точке Перехода.
Мара молчала на пассажирском кресле рядом с ним, дышала тяжело, хрипло, но ровно. И кроме отголосков боли и злости с ее стороны Эйн больше ничего не чувствовал. Потом не осталось и этого.
Она потеряла сознание, но он ощущал ее присутствие рядом.
— Я сама продиктую код для Точки Перехода, — сказала Рьярра. А Эйн подумал: странно, что их не отключили, что оставили людям. — Он заблокированы на межпланетные перемещения. Но города Земли еще соединяют, — добавила она.
Эйн безразлично кивнул, прибавил скорость.
Рьярра начала отсчитывать цифры вслух. Не те, которые называла когда-то Мара, но может, для разных городов коды были разные.
Эйн представил, как Точка не сработает, и как они с Марой романтично и безмозгло разобьются на флаере. Рассмеялся, хотя ничего веселого в этом не было.
И пролетели они нормально: крупный неприметный полетник с логотипом фирмы доставки ждал их с другой стороны. Эйн бросил один единственный взгляд в главный иллюминатор, увидел Зайна в кресле пилота, и почувствовал облегчение. Подлетел вплотную и открыл дверь со стороны Мары.
Зайн появился в дверях — двигался легко и уверенно, хотя полетники соединял шаткий мостик из двух трапов, подхватил Мару на руки, будто она ничего не весила. Эйн почувствовал, как укололо внутри злостью, а потом сказал себе заткнуться. Зайн прилетел помочь, и делал все, что требовалось.
Эйн медленно выбрался из флаера, перебрался следом за ними. Медицинская капсула была закреплена у входа, и Зайн укладывал Мару внутрь, втыкал иглы и прожимал опции. Рядом с ним висело окно, с которого та самая герианка с короткой стрижкой отдавала приказы. Потом Зайн передал управление ей, и обернулся к Эйну:
— Ты оставил флаер без пилота. Нужно посадить его на причал.
— Похоже, что мне не плевать?
Эйн плюхнулся на пол у камеры, обессиленно привалился к стене, и поймал себя на том, что весь перемазан кровью Мары.
— Включи дистанционное управление, — безразлично сказал он, вытер ладони о штаны. Черное на черном было почти не видно, и рассмеялся снова. Не потому что было весело, просто от нервов.
Зайн смотрел на него бесстрастным, пустым взглядом, потом кивнул, и закрыл двери полетника. Задал программу навигатору.
Мара в капсуле казалась уже мертвой. Нож Зайн выдернул, убрал куда-то. Наверное, чтобы не мешать капсуле обрабатывать раны.
— Эй, — позвал Эйн, и не дождавшись ответа, поднялся цепляясь за стенку, плюхнулся на кресло рядом с пилотом. Зайн бросил на него быстрый взгляд, но смолчал. — Куда ты его дел? Нож, который был в ране.
Тот едва заметно дернул уголком рта, молча достал из бардачка справа от себя, перепачканный черным нож. Зазубрины на лезвии блестели.
— Даже не спросишь, зачем он мне? — Эйн примерил оружие в ладони, обхватил рукоять и сжал. Почувствовал, как удобно, как приятно нож лег в ладонь. Им Мара угрожала Крысе, им воспользовался Леннер. И теперь Эйн мог забрать его себе.
— Я знаю, зачем он тебе, — спокойно, равнодушно отозвался Зайн. — Ты хочешь разрезать на куски того, кто напал на Телуру.
Эйн посмотрел на нож и рассмеялся снова, а потом перестал, как будто кто-то щелкнул выключателем внутри, и он даже не помнил, почему смеялся.
— Я никогда не любил пытать. Делал это по необходимости. Но никогда не был особо хорош. Никогда этого не понимал — все это дерьмо про то, как наслаждаться чужой болью. Смаковать чужой страх, ужираться им как выпивкой. Всегда думал, это не для меня.
Зайн молчал, смотрел вперед и выглядел — да как обычно, сильным, невозмутимым. Идеальным герианцем, как с голографического плаката.
— Смешно, да? — добавил Эйн. — Я так в себе ошибался. А теперь понимаю, если она умрет, я научусь. Буду резать на куски, смаковать, ужираться болью Леннера. И самое больное, что он спятил так же. У него умерла дочка. И он полюбил делать больно. А теперь вот передал другому.
— Ты не полюбишь пытать, — ровно, равнодушно и веско сказал ему Зайн. — А Телура не умрет. Так что убери оружие, пока я не воткнул его в тебя.
Зайн вел быстро и красиво, так что скорость почти не ощущалась, и не делал ни одного лишнего движения. Он вывел на боковой экран показания медицинской камеры, и Эйн смотрел только на них. Понимал часть слов и показателей — должно быть, выцепил их из памяти Мары.
Ее вдохи и выдохи текли по проекции на кривой, и мигал в нижнем углу пульс.
