Читаем Стальная дева онлайн бесплатно
— А у тебя? — резко спросила Льенна. — Ты только получил силу девы, ты можешь выжечь себя в любой момент. И ты разгуливаешь, используя ее направо и налево.
Он хотел возразить, но она не дала ему шанса:
— Ты думаешь, я не различу эмпатическое истощение? Ты настолько выкачал себя, что даже не способен это осознать. И сейчас ты вернешься на Землю, чтобы воевать.
— Иначе было нельзя.
— Верно, — легко согласилась она. — Сегодня нельзя было иначе. И завтра нельзя будет иначе. Начнется война, и эмпатия станет лучшим оружием. Раз за разом ты будешь тратить больше, чем можешь позволить, выжимать силу досуха. Ты убьешь себя, и убьешь ее.
Раньше Эйн сказал бы, что ему не жаль — он был готов умереть ради Земли. Пожертвовал бы ради нее чем угодно.
Но он не готов был утащить Мару с собой. А значит, выход ему оставался только один:
— Я выживу. И она выживет со мной.
Льенна замолчала, и Эйн по глазам видел — хотела ему поверить. И она отвела взгляд первая.
— Я не хотела к ней привязываться. Когда я впервые ее увидела, Мара ничего для меня не значила. Я видела только ее потенциал. Она сильная дева, одна из сильнейших в своем поколении, жаль было терять такую силу. Сама Мара мне не нравилась. Слишком слабая. Ни целей, ни амбиций, она просто ждала, когда Испытание ее убьет. Она меня злила.
Эйн помнил, какой Льенна казалась Маре тогда:
— Она считала тебя этакой мудрой наставницей.
Льенна дернула уголком губ в усмешке:
— Мне хотелось отвесить ей затрещину. Расшевелить хотя бы так. Иногда я думала, Мара не доживет до Испытания, я сама ее убью. У нее ничего не получалось, ничего кроме эмпатии и полетов ей не давалось. А потом она начала меняться. И я тоже.
Она посмотрела Эйну в глаза и сказала:
— Я сделала ее той Марой, которую ты знаешь. И Льенна, с которой ты говоришь, появилась только из-за нее.
Да, Эйн об этом знал. И вспоминал, видел как наяву, тот момент, когда увидел Мару в Коридоре Должников. Отточенные, совершенные движения, стремительные и смертоносные. Как захватывало от нее дух.
И признал:
— Ты сделала ее невероятной.
— Как-то она сказала мне: «Я хотела бы умереть за вас. Это была бы хорошая смерть».
Эйн посмотрел на Мару, на безмятежное спящее лицо, невесомо коснулся ее сознания своим:
— Зачем ты мне это рассказываешь?
— Потому что я такая же, как Мара. Я хотела бы умереть за Мару. Какая правильная была бы смерть.
Она помолчала, коснулась волос Мары невесомым материнским жестом:
— Сегодня я поговорю с Императрицей и откажусь от статуса принцессы. Я попрошу об изгнании на Землю. Мы будем воевать против Илирии вместе, Габриэль Эйн.
Эйн представил реакцию Мары, и ему заранее стало паршиво. Эйн верил, что у Земли есть шанс, Мара — нет, она думала, что они все — большая часть из них — обречены. Она ни за что не согласилась бы втянуть в это Льенну.
— Не делай этого, — попросил он. — Маре это не нужно.
Он должен был это сказать, хотя бы попытаться переубедить. Иначе Мара ему бы не простила.
— Я знаю, — равнодушно отозвалась Льенна. — Это нужно мне. Я не готова оставаться на Герии и ждать, пока ее убивают на Земле.
— Ты ничем не сможешь помочь, — упрямо сказал Эйн. — Она будет все время бояться за тебя, защищать тебя и понаделает глупостей. Хочешь ей помочь, оставайся в безопасности.
Льенна усмехнулась, криво и снисходительно:
— Ты знаешь, что это не поможет.
Он вдохнул, выдохнул медленно:
— Не делай этого. Я запрещаю. Я глава Сопротивления и я не хочу видеть тебя на Земле?
Она с интересом склонила голову — типично герианский жест, Эйн подмечал его и у Мары, и у Салеи, даже у Рьярры, и спросила:
— Почему ты вмешиваешься, Габриэль Эйн? Я сильная дева и у меня хватает союзников. Есть те, кто последуют за мной в изгнание. Я могу быть полезна.
Эйн это знал, просто оно того не стоило.
— Одна дева не выиграет войну. И даже если приведешь отряд герианцев, от тебя будет больше проблем. Вы враждовали с Рьяррой, ты начнешь перетягивать внимание и власть. Мне это не нужно.
Она вдруг подалась к нему стремительным, хищным движением. Нечеловеческим.
Посмотрела в упор, и светлые радужки в черных белках глаз казались двумя неоновыми ободками, просвечивали насквозь:
— Дело действительно в этом? Или ты просто выдаешь мне правильные отговорки?
Ему казалось, он привык к герианкам, привык, что они не такие. Но иногда все равно инстинктивно хотелось ударить в ответ.
Эйн мог бы врать и дальше, но не стал, пожал плечами и посмотрел ей прямо в глаза:
— Я выдаю тебе правильные отговорки.
Он ждал, как она отреагирует, и был готов ко всему. Даже к удару эмпатии.
Но Льенна только вскинула брови — высокомерно и снисходительно, и в уголках ее губ появилась усмешка:
— Ни одна отговорка не удержит меня на Герии.
— Тана тебя не отпустит. Она уже отдала Земле Рьярру. А теперь еще и илирианцы напали. Ты нужнее здесь.
Льенна промолчала, и Эйн по глазам видел — ей было все равно. Она ценила Мару больше, чем Империю.
— На Мару много дерьма свалилось, — сказал он. — Если она тебе дорога, пожалуйста, оставайся.
Она покачала головой, встала, напоследок коснувшись лица Мары кончиками пальцев:
