Читаем Стальная дева онлайн бесплатно
Хотелось бы знать, действительно. Выжила вторая герианка или нет. Эйн ее не знал, но она была под его командованием, рисковала жизнью ради общей цели. Он бы хотел ей помочь. Но времени искать ее живую или мертвую не было.
И сейчас им оставалось избавиться от последнего илирианца. А потом помочь остальным захватить Врата.
Эйн понятия не имел, что происходит у Льенны и остальных, ощущал на таком расстоянии только отголосок сознания Мары. Только ее присутствие.
Эмоции и состояние было не разобрать.
— Мы летим на перехват, — бросил он Ойлеру, развернул скайлер и сделал герианке жест следовать за ним.
Последний илирианец мог улететь довольно далеко, а мог напасть в любой момент. И сначала его предстояло найти.
Эйн поглядывал на виртуальные экраны, следил, не появится ли сигнал. Всего на миг возникла точка — совсем не там, где илирианец был прошлый раз.
Это могла быть случайность — помехи, или вовсе что-то другое, что засек диагност. Но что-то внутри подсказывало — туда. Какое-то чутье, которому Эйн привык доверять.
И когда увидел, где это, понял: нашел.
Нет, там не было илирианца. Там торчало из серой завесы несколько каменных глыб, черных и зловещих. И место было просто идеальное.
Если бы ему надо было заманить пару-тройку идиотов на флаерах, он бы лучше позиции не нашел.
Эйн заставил скайлер зависнуть в воздухе, остановился на безопасном расстоянии до плит.
Сказал Ойлеру:
— Будь готов.
И тот беззаботно отозвался:
— Приятель Эйн, ты зря не уточняешь к чему. Я могу придумать разные варианты.
Звучало как очередной его странноватый подкат. Но Эйн предпочел сделать вид, что это такая угроза.
Рядом с ними поравнялась герианка, тоже остановила скайлер, глядя на каменные глыбы. Кажется, она пыталась прощупать что-то эмпатией.
И Эйн попробовал тоже — использовал слабый импульс. Подумал, что вряд ли подействует.
Илирианец показался меж каменных плит.
Он летел медленно, напоказ. Демонстрировал себя, как идеальную цель.
И держал в руках тело второй герианки.
Она была еще жива, дергалась бездумно, как жутковатая кукла. Илирианец воткнул ей пальцы под ребра, сжимал и разжимал их, и было видно, как они деформируют тело изнутри. Он отлично знал, что делает. Он не пытался убить, и это было даже отвратительнее — что он просто хотел поиздеваться, сделать как можно больнее.
Герианка оставалась в сознании.
Эйн стиснул зубы. Билась внутри мысль о том, что ведь ее можно было спасти. Если успеть в медкапсулу.
Илирианец ничего не говорил, только улыбался. Снисходительно, довольно.
Безмятежно.
Двигались перемазанные черной кровью пальцы.
Герианка не кричала. Или же не могла.
Может, стонала от боли, но на таком расстоянии было не разобрать.
— Приятель Эйн, не будь идиотом, — тихо предупредил его Ойлер. И он был прав, конечно. Что Эйну эта герианка? Он ее не знал.
Она даже не успела как-то отличиться. Сделать что-то полезное.
И эмпатия ей не помогла. А теперь герианке было слишком больно, чтобы использовать силу.
— Помоги мне, — тихо и с нажимом отозвался Эйн.
Да, он ничего не был ей должен. Посторонней женщине, обычному герианскому бойцу, одной из многих. Вот только он успел посмотреть ей в глаза, и знал, что все равно рискнет.
Потому что как бы она ни пыталась храбриться, как бы ни старалась держаться. Ей было больно и страшно. И в тот момент она заставляла Эйна вспоминать: одновременно собственную беспомощность и страх перед Галларой. И то, как Эйн убивал герианцев по приказу Таны.
Почему-то именно одновременно: он вспоминал, как был жертвой, и как стал мясником.
— Иногда, приятель Эйн, я тебя просто ненавижу, — Ойлер шепнул ему это доверительно. И Эйн понял, что сможет на него рассчитывать.
Илирианец сделал что-то, и герианку выгнуло, в воздух взвился истошный женский крик.
Эйн быстро переглянулся со второй девой, а потом медленно и демонстративно поднял руки.
Повысил голос, чтобы илирианец расслышал:
— Отпусти ее! Мы сдаемся.
Илирианец продолжал улыбаться, вытаскивал пальцы из раны на животе герианки, а потом погружал снова внутрь. Игрался с телом, будто оно не было живым, делал больно и наслаждался этим.
Он не отвечал, но и не убивал эту деву. А Эйн смотрел, и какая-то трусливая, мелочная часть думала: будет проще, если она умрет. Не придется ничем рисковать, можно будет просто избавиться от этого ублюдка и лететь к Маре.
Но Эйн слишком хорошо помнил, как это. Когда невыносимо больно, и понимаешь — никто не спасет.
Еще помнил, как это — обрекать на смерть тех, кто за него сражался.
Он мог спасти эту герианку. Это стоило риска.
— Ты ведь меня понимаешь, — Эйн повысил голос, хотя илирианец и так наверняка его слышал. — И положение свое понимаешь тоже. Ты убьешь ее, а мы тебя.
Илирианец рассмеялся. Прижался носом к шее девы, глубоко вдохнул.
Должно быть, ему нравился запах ее крови.
