Читаем Стальная дева онлайн бесплатно

— Ну, привет, приятель Эйн. Неужели, проголодался? — Ойлер смотрел цепко, серебристые зрачки казались провалами, и улыбался с ленцой.

— Нет, — честно признал Эйн. — Тебя искал.

— Жаль. Так бы пообедали вместе. Милую бы тоже позвали. Она, наверное, тоже убивается на работе.

Эйн сел напротив, медленно вдохнул, выдохнул, и сказал:

— Я пришел тебя просить.

Улыбка Ойлера стала шире, стала более хищной. Эйн потер пальцами переносицу:

— Мне больше некого, кроме тебя никто не справится.

Ойлер рассмеялся:

— Приятель Эйн, а я? Я точно справлюсь? Знаешь, я же не дурак. Ты точно попросишь меня не о помощи. Ты попросишь меня самоубиться в твою честь. Потому что будь иначе, ты пришел бы не просить, а с заданием — командовать. И пришел бы весь такой целеустремленный, весь такой правильный, что мне сразу захотелось бы снять с тебя кожу.

Он часто так делал, угрожал этак походя, между делом — когда чувствовал себя уязвимым.

Эйн подался к нему, попросил:

— Давай без этого, а? Хотя бы выслушай меня, — и добавил. — Пожалуйста.

— А если нет, то что? Приятель Эйн, ты пойдешь самоубьешься вместо меня? Что мешает мне послать тебя сразу? Зачем мне тратить время?

— Был и такой вариант, — согласился Эйн. — Что если ты не пойдешь, пойду я. С Галларой. Он мой раб, честно никогда таких не контролировал — но у Императрицы же получается. Целую армию собрала, одного я, наверное, как-нибудь удержу.

Ойлер отшатнулся назад, лицо стало маской, механические когти пропахали полосы по столешнице, оставляя глубокие борозды.

— Приятель Эйн, это очень глупая шутка.

Эйн выдохнул:

— Ойлер, я бы не пришел к тебе, если бы был выбор.

— Ты угробишь себя и следом умрет милая.

— Кроме меня только ты. А ты отказываешься даже слушать, — отозвался Эйн. Отчетливо осознавал, что играет грязно. Оба они с Ойлером это понимали.

И Ойлер рассмеялся:

— Ты взял самого себя в заложники. Себя и милую, и смешнее этого только то, что я сам готов тебя убить. Ты даже не доживешь до своего задания.

Он вдруг вскочил, откинул стол в сторону, как игрушку, за долю секунды оказался перед Эйном, схватил за грудки и вздернул вверх:

— Ты заигрался, приятель Эйн. Я не твоя ручная машина, не твой удобный инструмент. Я готов тебе помочь, я тебя защищал, я согласился воевать на твоей стороне. Но я не предлагал за тебя умирать. Все твои слова про друга и брата, все твои обещания про будущее и все остальные твои манипуляции ничего тебе не дадут.

Эйн ничего другого не ожидал, но это все равно было горько — слышать, что Ойлер правда так думал. Будто отношение Эйна, обещания Эйна действительно были просто манипуляцией.

К ним кинулись герианцы, наставили на Ойлера игольники, Эйн вскинул руку, рявкнул:

— Всем стоять! Опустить оружие!

Он сделал глубокий вдох, заставил себя говорить спокойно:

— Все нормально. У нас просто разговор.

Герианцы ему, конечно, не поверили, но хотя бы начали переглядываться и понемногу убирать игольники и кнуты.

Ойлер рассмеялся:

— Правда, приятель Эйн? Забавная у тебя нормальность.

Эйн пожал плечами, как мог, учитывая что практически висел в воздухе:

— Сам говорил, я вечно пытаюсь самоубиться.

Ойлер перестал улыбаться, разжал пальцы, и Эйн чуть не рухнул на пол.

И молчание, которое повисло в воздухе было душным и тяжелым. Забивалось в легкие. Эйн не знал, какие слова правильные.

Ойлер не заговорил, медленно повернулся и пошел прочь.

Эйн сделал шаг за ним и сказал в спину:

— Мы планировали тебя убить.

Ойлер вздрогнул, не оборачиваясь. И остановился.

— Мы с Марой, — пояснил Эйн. — Помнишь, когда ты только согласился нам помогать. Меня так бесило, что тебе сохранили жизнь, что все твои жертвы умерли в муках, и никто за них не отомстит. Ни за одну из твоих поганых курток.

Он вспоминал, как очнулся в «сокровищнице» Ойлера, свои мысли тогда.

— Ни за одну из девчонок, которых ты превратил в химер. Ни за один из трупов, что ты изуродовал.

Было не время и не место для этого разговора. Но потом Ойлер вообще не стал бы его слушать.

— А потом ты начал с нами работать. Спасал меня и Мару. Ойлер, я до сих пор не верю, что это перевесило. Что ты сам стал важнее всего, что ты натворил. Бляста, ты правда думаешь, что мне на тебя плевать?

Ойлер медленно обернулся, Эйн обратил внимание — пальцами теребил браслет принадлежности, который подарила Мара. И кажется, еще ни разу не казался настолько человечным.

— Если не плевать, приятель Эйн, зачем же ты отправляешь меня умирать?

Эйн подошел, стукнул легко своим браслетом по его. Ойлер уставился на их руки.

— Потому что я верю, что ты вернешься. Должен, обязан, нет другого варианта. Любой другой умрет, но ты справишься. Мара только потеряла Льенну, она не может потерять еще и тебя. И я, знаешь… я тоже.

Ойлер тяжело вздохнул, потер пальцами переносицу и поморщился, когда оцарапался. Крохотная ранка налилась кровью.

— Приятель Эйн, что, если я не вернусь?

Эйн сжал его ларрал своим и отпустил:

— Нет такого варианта.

Ойлер покачал головой:

— Все-таки ты идиот. Я понимаю, почему милой за тебя стыдно. И всем остальным тоже. Надеюсь, ты хотя бы будешь по мне горевать. Где там твоя часть Врат?