Читаем Стальная дева онлайн бесплатно
Эйн невольно усмехнулся в ответ. Он тоже умел играть в эту игру:
— Ага, принято. А ты пока пофантазируй, как снимаешь это все снова, — он обвел свою одежду рукой. Подмигнул Маре, взял и натянул футболку.
Он оделся максимально закрыто — застегнулся на все застежки, и по одному взгляду Мары понял, как ее это веселит.
— Что? Он и так уже видел лишнее.
А она ограничилась обычной своей униформой.
Ойлер сидел в саду на скамейке, и при виде него возникало ощущение, как тогда в столовой: красиво со стороны, и при этом мозг будто отказывался воспринимать все вместе.
Ойлер — картинный, полу-механический и опасный. На скамейке в саду. Будто он никак не вписывался во все обыденное и повседневное.
И все же, вопреки всему, как-то он стал им с Марой частью семьи.
Эйн подошел, плюхнулся рядом с ним на скамейку и закинул руку на спинку, усмехнулся:
— Хвост не мешается?
Он кивнул на металлический ларрал, который Ойлер положил рядом с собой. Бездумно покачивал кончиком. И правда, будто кот.
— Не дождешься, приятель Эйн, — Ойлер вздернул бровь.
А потом Мара села с другой его стороны. И они втроем замолчали.
Здорово было после всего просто… быть.
Сад казался таким… мирным. Будто война осталась где-то там. На дорожку рядом спланировал небольшой красноватый лист, впереди зашумела система полива. Свет пробивался сквозь купол.
А Эйн смотрел, чувствовал тепло Ойлера рядом. Вдыхал запах земли и пыли, которой было пропитано все на этой планете.
— Я видел, как ты себя убил, — сказал вдруг Ойлер. — Не я лично, конечно. Я уже не осознавал, импланты зафиксировали. А потом, приятель Эйн, я полез разбираться с мешаниной данных. Когда серьезные повреждения, да еще и ларралы заменяют, всегда полно мусора, знаешь ли. И нашел.
— Я себя не убивал, — отозвался Эйн. — Просто нужно было тебя вернуть.
— Отвратительное зрелище, — сказал ему Ойлер.
Эйн протянул руку и сжал его плечо. С силой, чтобы ларралы передали чувство нажима — молчаливым обещанием: здесь я, нормально все. Не убился сам, спас тебя.
— Дальше будет только хуже, — добавил Ойлер, и было в этом что-то… ну, почти милое, да. — Новые разрушенные города, и вы сунетесь туда кого-то спасать, а я пойду с вами. И мы все сдохнем, глупо и героически.
— Ммм, — с улыбкой отозвался Эйн.
— В честь нас сделают какую-нибудь отвратительную статую, — раздраженно сказал Ойлер. — Жутко уродливую. Которую я бы точно взорвал, если бы мог.
— Желтую, — подсказал ему Эйн. — Вроде как из золота, только отвратного такого желтушного цвета.
— Она облезет после первого же дождя, приятель Эйн. И никто не запомнит, как нас звали. И кем мы были. Мы станем просто точкой в навигаторе. Помимо того, что трупами.
— Ммм.
— Еще одно «ммм» и ты не доживешь до героической смерти, — предупредил его Ойлер.
— А как же статуя и почести? — усмехнулся Эйн. — Если я не стану героем, тебя тоже не возьмут.
— Я не хочу быть героем, — резко отозвался Ойлер. — Не хочу воевать, не хочу терять, не хочу бояться. Я хочу быть как раньше, неуязвимым. Вершиной пищевой цепочки. Творцом уродов и курток.
— Одиночкой? — спросила вдруг Мара, и Ойлер заткнулся.
— Хочешь, я солгу тебе? — спросила она. — Я пообещаю: мы выживем. Все будет хорошо. Никто не умрет, ни глупо, ни героически. Ты принадлежишь мне, Ойлер. Если тебе нужно, я скажу, что угодно.
Ойлер молчал.
— Я могу пообещать другое, — продолжила она. — Если переживем войну: общее будущее. Но пока мы не победили, его не будет. Не только из-за Земли, и не только из-за Герии. Илирия не оставит тебя в покое. Никогда не перестанет преследовать.
Ойлер помолчал, поколебался и протянул ей руку. Она вложила ладонь в его, и он с тоской вздохнул:
— Милая, я каждый раз как в первый не могу поверить, что я в это вляпался. На самом деле мы же все отдельно. Даже вы теперь, я видел, метка пропала. Разбери каждого из нас хоть на атомы — не найдешь там никакой семьи, ничего общего. И все же…
Он не договорил. А Эйн усмехнулся уголком губ и потрепал его по плечу:
— И все же мы завели тебя как кота. Даже одомашнили чутка. Самое сложное позади.
Ойлер фыркнул и покачал головой. И как-то вдруг стало спокойно за то, что впереди.
Пришло какое-то приятное и мирное понимание: будет как будет. И этого оказалось достаточно.
И, конечно, именно в тот момент, по главному из законов в жизни Эйна, по закону подлости, пришел запрос связи от Рьярры.
И сильнее всего было желание притвориться, что ничего Эйн не видел. Никого нет, связи тоже.
И, конечно, как полный идиот, он сделал, что должен.
Лицо Рьярры возникло на виртуальном экране:
— Мальчик, новые данные. Фабрика химер и новые мобильные Врата.
Они собрались в зале управления. Вокруг сновали люди и герианцы. Повсюду висели графики и колонки данных. Отчеты о происходящем в разных точках Земли. Какой-то солдат слева от входа доказывал что-то деве, а она слушала молча и держала руку на рукояти кнута.
И никто не обращал внимания ни на Рьярру, ни на Эйна с Марой и Ойлером. Они расположились в закутке из столов, заваленных обломками какого-то оборудования.
