Читаем Стальная дева онлайн бесплатно
— У тебя такое милое выражение лица, — предлагал шутливо, с издевкой. — Я бы срезал его и сохранил навсегда, но, похоже, придется довольствоваться визуальным файлом.
— Люди не умеют строить Точки Перехода, — сказал Эйн. То, что предлагал Ойлер как живое стояло перед глазами.
Если бы они могли сразу перебросить войска противника в нужную точку, снизить риски для своих и гражданских…
Вот только как? Даже если получится построить временные врата, то как установить их напротив илирианских? Не выдать себя слишком рано?
— Конечно, приятель Эйн. Если бы вы умели строить Врата, кто из вас остался бы сидеть на этой захолустной планетке?
— Ты остался сидеть на нашей захолустной планетке, — угрюмо напомнил ему Эйн. — И даже пытался сговориться с Мерриком против своих. Тоже ради нашей захолустной планетки.
Ойлер рассмеялся — красивым, низким смехом, который действовал Эйну на нервы.
— Верно, приятель Эйн, это был я. И да, вы не умеете строить врата, но на планете точно есть тот, кто умеет.
— Тот, кто уже строит их для илирианцев.
Эйн об этом думал, конечно — что можно было бы захватить их специалиста. Если бы удалось его вычислить вместе с местом, где строилась сама Точка Перехода.
— В том числе, — довольно кивнул Ойлер. — Но не только. Подумай сам, Рьярра воевала с помощью собственных войск. Ни на Земле, ни в Империи никто не знал, что за ней кто-то стоит. И никто не удивился, когда появилось несколько новых Точек Перехода.
— Нам и нечему было удивляться, — угрюмо напомнил Эйн. — Мы понятия не имели, как сложно строить Врата, и кто именно это делал. За все время войны так и не выяснили.
— Тогда только вдумайся, как же тебе повезло. Ты наконец-то можешь утолить собственное любопытство. Узнаешь столько всего нового о Точках Перехода. Я завидую тебе, приятель Эйн. Столько новых секретов тебя ждет.
Он вдруг оказался рядом, так быстро, будто в фильме вырезали кадры, и мгновение назад он стоял в паре метров от Эйна, а потом его пальцы уже касались виска:
— И один из секретов крайне меня… интересует.
Эйн отреагировал быстрее, чем успел подумать — он ударил эмпатией, слабо, потому что после тренировки с Салеей на большее был не способен, и сразу следом накатила тошнота. В голове будто взорвался фейерверк.
Ойлер вздрогнул, отступил на шаг — скорее всего от неожиданности, а потом запрокинул голову и расхохотался, в голос.
Эйну до дрожи хотелось врезать ублюдку.
Он так и сделал, ударил механической рукой.
Ойлер отлетел назад, ударился о стену и по укрепленному строительному пластику пошли трещины.
Смех затих не сразу:
— Браво, приятель Эйн. Ты все лучше понимаешь, что быть человеком среди монстров невыгодно. Уже не дерешься, как люди. Забавный фокус, — он коснулся пальцами виска, усмехнулся широко. — Я польщен.
— Еще одна такая шутка, и я лично повыдергиваю все твое железо, урод, — тяжело дыша сказал ему Эйн.
— Не надо злиться, я просто хотел получить демонстрацию.
Ойлер опустился на пол, плавным, нечеловеческим движением — ларралы позволяли ему двигаться неуловимо иначе.
— Среди шлюх, приятель Эйн, ты бы произвел фурор. Со своими новыми талантами. Знаешь, у дев любви совершенно уникальное воздействие. Хочется одновременно подарить все звезды во вселенной, ползать у ног и выебать до соплей и криков. Хотя, может, последнее это просто твое личное очарование.
Эйн раньше не думал, как ощущается слабый эмпатический импульс от девы любви. А теперь слушал слова Ойлера, хотел провалиться под землю — а еще лучше закопать этого ублюдка — и жалел, что вообще был на такое способен.
— Как ты узнал?
Эйн точно знал, что никто бы не сказал Ойлеру про его эмпатию — знали Мара, Зайн, Салея, Картер и Рьярра. И в этом он им доверял, такое они не стали бы обсуждать.
— О, просто маленький апгрейд, — Ойлер улыбнулся. — У эмпатии… как бы выразиться, очень занятные характеристики. Это нелегко, но вблизи ее можно отследить, если знать за чем следить. После смерти старины Хэнка я ведь осматривал тело и его ларралы. И мне стало интересно, что же это за новая дева любви на базе и почему я впервые о ней слышу. Прелесть дев любви в том, что они излучают почти постоянно — слабые, едва заметные импульсы. И только представь мое удивление, когда мой маленький апгрейд среагировал на тебя.
— Лучше ты представь, что я могу с тобой сделать, чтобы заткнуть тебе рот, — спокойно отозвался Эйн.
— Ничего особенного, — отмахнулся Ойлер. — Приятель Эйн, тебе не хватит фантазии сделать со мной что-то выдающееся.
Эйн даже сам это признавал — умел делать больно, умел давить и дожимать, но не был в этом хорош. Уж точно не на уровне Ойлера. И не хотел быть.
— Если задуматься, — сказал вдруг Ойлер. — излучение отличается. Интенсивность, характер — ты будто помесь девы любви и стальной, приятель Эйн. А я думал, такое невозможно. Некоторые мои братья отдали бы руки и ноги, и возможность говорить за привилегию разобрать тебя на части и посмотреть, что же ты такое. И как ты устроен.
