Читаем Стальная дева онлайн бесплатно

Рьярра застыла, замерла абсолютно неподвижно, отступила на шаг, и рука ее потянулась к кнуту на поясе.

Эйн выхватил игольник быстрее, чем осознал, что делает:

— Даже не думай, сука, — злость рвалась изнутри, на эту тварь, которая пытала его раньше и хотела… хотела снова. Эйн цеплялся за злость, потому что без нее оставался только страх. И этот страх он ненавидел. — Я не дам себя ударить.

Зарядов в игольнике у него не оставалось, но Стальная Сука об этом не знала.

Она медленно убрала ладонь от кнута, отступила на шаг, не делая лишних движений:

— Я не хочу тебя бить, мальчик, — спокойно, непривычно тихо сказала она. — Это случайный жест. Неудачный.

Он отошел на шаг тоже, потом опустил игольник — да, Рьярра не врала, вряд ли собиралась использовать кнут, не в ее интересах.

Эйн медленно вдохнул, выдохнул, успокаиваясь, и сказал ей:

— Мне надо помыться, прийти в себя. Потом можем поговорить. Через десять минут у тебя в кабинете.

Он ждал, что она возразит, что потребует отчета прямо сейчас — даже хотел этого, чтобы послать ее к блястовой матери.

Но Рьярра только кивнула:

— Я буду ждать. Выпей воды, при истощении так легче.

На базе Рьярры человеческой военной формы не оказалось, а надевая герианскую, Эйн чувствовал себя самозванцем. Хотя сама по себе она оказалась довольно удобной, не стесняла движений.

После короткого холодного душа и пары глотков воды — холодной и едва ощутимо отдававшей универсальным средством очистки — действительно стало лучше.

И у Эйна оставалось несколько минут, вместо кабинета Рьярры, он пошел к лазарету. Поймал себя на том, что ходит туда, как по расписанию, только каждый раз к разным герианцам.

Салея была внутри, проверяла показания приборов, и Эйн увидел, как украдкой она коснулась руки бессознательного Зайна — быстро, осторожно, будто хотела проверить, что он рядом, что жив.

Эйну стало неловко, словно увидел что-то, что ему не полагалось, что-то личное, и он прочистил горло, привлекая к себе внимание:

— Как он?

Салея обернулась резко, оскалилась, и в несколько шагов оказалась рядом. Ее рука метнулась вперед змеей, ногти впились Эйну в шею — как Рьярра когда-то, как Хэнк, как Галлара схватил Мару, и Эйн отреагировал инстинктивно, рванул ее руку своей металлической, вывернул, заламывая за спину, и Салея зашипела, когда он впечатал ее в стену:

— Еще раз так сделаешь, сломаю руку, — он надавил сильнее, и она перестала вырываться.

— Отпусти меня, человек.

Бляста ее знает, почему не ударила эмпатией.

— Успокоилась? — спросил ее Эйн, и все же отпустил.

— Это ты виноват… Ты, твои безмозглые планы. Строишь из себя хозяина, пытаешься управлять, ты, мужчина. И чем это заканчивается?

Она резко обернулась, глаза у нее горели, радужка казалась почти белой в черных белках.

— Зайн знал, на что идет.

— Что он мог знать? — она выплевывала каждое слово, смотрела ему в лицо, и убила бы, если бы верила, что сможет это пережить. — Лезет доказать, что он не хуже дев. Самый сильный, самый умелый. И оказывается в лазарете раз за разом. Сначала он потерял глаз, сегодня чуть не умер. И ради чего? Что нам до твоей планеты? До твоей войны? Наш дом на Герии.

— Из твоего дома тебя выперли пинком, — напомнил ей Эйн. — За проблемы с субординацией и общую паскудность. И выбора у тебя не было, только остаться на моей планете. А Зайн верен Рьярре. Не тебе, и он остается с ней. На любой планете. Хочешь это обсудить?

Она молчала, поджав губы, злилась, но, похоже, ей хватало мозгов не спорить дальше. Может, она просто вспомнила, что Эйн вполне мог выпереть ее и с Земли тоже. А бежать ей было некуда.

А ведь Мара хотела, чтобы Салея его обучала. Эйн потер шею, представил себе это обучение, и, говоря начистоту, ничего хорошего не ждал заранее.

— Зайн сражается за то, во что верит, — добавил он, пожал плечами. — Не за Землю, и не за меня. И ты уж тем более его не остановишь.

— Зайн тебя слышит, человек, — хрипло отозвался низкий мужской голос, и Эйн обернулся. Зайн выглядел… паршиво по-правде говоря. Но живым. — И вы оба раздражаете.

Эйн усмехнулся, подошел поближе:

— Раз раздражаешься, идешь на поправку.

— Ты ничего не знаешь обо мне. И почему я сражаюсь.

— Я точно знаю больше нее, — Эйн мотнул головой в сторону Салеи, снова потер шею, там, где впивались ее пальцы, кожу саднило.

Зайн задержался взглядом на его шее, потом посмотрел на Салею, и произнес неожиданно четко:

— Да. Больше нее.

Он помолчала, потом подошла к его капсуле, на Эйна даже не обернулась:

— Я знаю, как тебя вылечить, мальчик. Сейчас остальное неважно.

— Что с твоей шеей? — спросила Рьярра, как только двери ее кабинета с шипением скользнули в стороны, и Эйн зашел внутрь. Мара сидела в углу в кресле, новая чистая униформа была ей велика, и с мокрых после душа волос за воротник скользили прозрачные капли.

Эйн даже засмотрелся, хотя любоваться точно было не время и не место.

— С моей шеей все как обычно, — отозвался Эйн. — Случилась очередная психованная герианка.

— Салея? — Рьярра подалась вперед, нахмурилась.