Читаем Стальная дева онлайн бесплатно
— Меррик, — продолжил Эйн, — всегда знал кому и что сказать. Представляешь, даже родным тех, кто из-за него умер. Только я не Меррик. И мне надо отдать матери Сташека ее сына в двух отдельных мешках, и как-то объяснить, что произошло, — Эйн рассмеялся и добавил. — И знаешь, я настолько мразь, что стою сейчас и думаю: как хорошо, что у Ары-Марии никого не было. Меньше придется оправдываться.
Наверное, если бы Мара в тот момент дотронулась бы до Эйна, он бы ее ударил. Съездил бы кулаком по красивому, тонкому лицу, по железной маске.
Съездил бы от души, со всей дури, как мужику.
Хотя ни в чем Мара на самом деле не была виновата. Даже в том, что родилась герианкой.
Она не дотронулась, просто помолчала какое-то еще время, а потом ответила то, что уже говорила Эйну не раз:
— Мне жаль.
Эйн заржал, — хрипло и громко — чуть пополам не согнулся от смеха.
Потому что это и правда было смешно.
— Знаешь, что самое веселое? Ты даже не врешь, и тебе действительно жаль. Не Сташека, конечно, и не Ару-Марию. Ты их даже не видела. Но меня тебя жаль.
Она не была бесчувственной, и от этого Эйну становилось еще паршивее. От того, что не получалось ее ненавидеть.
— То, что происходит на твоей планете неправильно, — не поворачивая к нему головы, ответила Мара. — Это не война за ресурсы или технологии. Это война за будущее Герии.
— Ну да, ваша личная драчка двух принцесс.
Мара покачала головой:
— Нет. Ты думаешь, что все дело во власти и Рьярре просто нужен трон Империи. Это не так.
— А что, ей нужно что-то еще? Тысячу рабов у этого трона?
— Рьярра мечтает изменить саму структуру Герии. Мечтает о новых законах, о том, чтобы исправить старые ошибки, отменить традиции. Она говорит о будущем, которого многие хотят и которого боятся. Чтобы ее приняли, чтобы слушали ей нужен статус и власть. Она идет к ним, как может. Ты и твоя планета для нее просто ступеньки.
Интересно, что такого Рьярра мечтала изменить? Ее не устраивало, что мужики-герианцы свободно разгуливают по улицам, и она хотела заставить их ползать?
На Герии, в представлении Эйна, и без реформ Рьярры все было паршиво.
— Что насчет Льенны? — спросил Эйн. — Она хоть получше Стальной Суки?
— Льенна Элера хочет оставить все как есть. Ей не нужен новый статус и влияние. Земля… не имеет для нее смысла. Вам нечего дать Империи.
— Тогда я искренне желаю ей победить и свалить отсюда навсегда, — Эйн фыркнул. — Если она так сделает, я, черт побери, лично вырежу из какого-нибудь камня ей памятник.
Мара опустила голову вниз, волосы свесились вперед, мазнули кончиками по влажному, покрытому моросью ограждению.
— Когда я выхожу на улицы ваших городов, — сказала она, — я вижу вокруг детей. Вы не умеете обращаться с оружием, ваши женщины не отвечают за свои дома, а мужчины не защищают женщин. Вы так никогда и не вырастаете, — что-то было в ней в тот момент. Что-то пронзительно человечное. Что-то, что заставляло Эйна смотреть на нее, не отрываясь. — Я не хочу и не умею воевать с детьми.
— Тогда можешь радоваться, — ответил Эйн. — Воевать тебе придется со мной. Можешь не сомневаться, я умею обращаться с оружием, и я не ребенок.
Мара выпрямилась, повернулась к нему всем телом, и сквозь маскировку, сквозь человеческие черты лица проступили глаза — как море на картинках, пронзительно голубые, настоящие. Почти неоновые.
Потом она кивнула, будто решилась на что-то, отвернулась и пошла к своему скайлеру, перебросила ногу через сиденье.
— Садись, Габриэль. Мы улетаем.
Скайлер был большим, не по-женски массивным, стремительным черным зверем. На дорогой коже сиденья поблескивали крохотные капли.
Мара собрала волосы, потом потянулась вперед и выдвинула страховочные ручки для второго пассажира одним плавным, отточенным движением, зацепилась ногами за нижние держатели. Она всегда двигалась так — экономно, эффективно. Ни одного лишнего жеста. Так, что на нее хотелось смотреть.
— На Герии говорят, что нельзя обогнать самого себя, — сказала она и нажала кнопки активации двигателя. Она смотрела вперед на огни города и Красного Квартала, на поднимавшийся снизу пар.
Эйн взялся за страховочные ручки, почти лег на Мару сверху, прижался животом и грудью к ее узкой спине. Нижние держатели плотно обхватили его лодыжки, голени.
— Но на скайлере, — продолжила Мара, — мне кажется, что я могу обогнать даже время.
Она стартовала резко, и Эйн инстинктивно вцепился в ручки изо всех сил. Порыв ветра хлестнул по лицу. Просвистел в ушах.
Мара взмыла вверх, ушла в проворот, и Эйн почувствовал, как бешено заколотилось сердце. Адреналин вскипел в крови, и вокруг шумел ночной город, перемигивался огнями, а скайлер взбирался все выше и выше стремительной, черной стрелой.
А потом Мара вывернула руль, и они с Эйном рухнули вниз — в резкое, совершенно безумное пике, вынырнули в последний момент, когда до покрытия площадки оставалось не больше метра.
Мара вела зло и опасно, так, будто и правда пыталась убежать от себя. Кидала скайлер в виражи, и Эйну оставалось только держаться и верить ей.
