Читаем Стальная дева онлайн бесплатно
Мара говорила о Зайне «он подавлен», но ничерта ублюдок не казался подавленным. Или же она знала о нем что-то, чего не видел Эйн.
Зайн схватил его снова, вздернул на ноги как куклу — сильный урод. Припечатал спиной к стене.
Остальные герианцы в зале смотрели с легким отвлеченным любопытством.
— Откуда ты знаешь? — ровно, противоестественно ровно спросил Зайн. Его глаза — настоящий, такого же цвета, как у Мары, и белесый имплант — были очень близко. И Эйн теперь видел — Зайн был в ярости. Просто ярость у него была ледяной, не огненной.
— Мара… — кое-как прохрипел сквозь хватку на горле Эйн. — Мара попросила найти тех, кто на тебя напал.
Зайн отпустил его.
— Эллар, — к ним подошел тот герианец, который забрал Мару, коротко кивнул. — Дева Телура пришла в себя и зовет вас.
Эйн демонстративно откашлялся и одернул одежду:
— Тогда лучше не заставлять ее ждать. У нее тяжелая рука.
Он бросил на Зайна многозначительный взгляд: понял ублюдок, тронешь меня еще раз и огребешь от стальной девы. Хотя Эйна она никогда не стала бы бить.
Почему-то он в это верил.
Зайн не отреагировал, пошел в сторону отсека с медкапсулами. Эйн поморщился — горло болело — и пошел следом.
Воткнуть бы тебе нож в спину, тварь. Чтобы не зазнавался.
Герианская медкапсула выглядела отвратительно, меньше всего она напоминала технику и больше всего какой-то ублюдочный гибрид мутанта и железа: органические отростки обвивали тело Мары, кое-где впивались иглами в кожу. Эйн не знал, как эта дрянь действует, знал только факты — помогало такое лечение намного быстрее и эффективнее всего, что создали на Земле. Через несколько часов после полноценного заряда из игольника в грудь, если герианец выживал, он возвращался в строй.
Повреждения Мары были совсем не такими серьезными, по крайней мере, Эйн на это надеялся.
Бокс с капсулами был просторным, вытянутым, но кроме Мары других пациентов в нем не было. Вообще никого не было, даже оператор куда-то свалил. Хотя по идее должен был находиться неподалеку.
Зайн подошел ближе, привычно опустился на одно колено, склонил голову:
— Дева Телура.
— Эллар Зайн.
Она обращалась к нему официально: «эллар», как к равному, и Эйн еще отметил, что это довольно странно. Раз уж Зайн даже до плена был по статусу ниже нее.
— Вас доставил человек под блик-маскировкой, — он спокойно кивнул в сторону Эйна. Видимо, его ни капли не смущало, что становиться на колени в присутствии потенциального врага — плохая идея. Если бы Эйн и вправду вздумал напасть, Зайн со своим пафосом и показухой сильно потерял бы в маневренности.
С другой стороны, в присутствии девы, скорее всего, ублюдок чувствовал себя в безопасности. Дева могла размазать Эйна одной мыслью, быстрее, чем он успел бы напасть.
— Это мой агент, эллар. Все в порядке.
— Почему он не становится на колени?
Эйн чуть не ляпнул в ответ «а тебе-то что?», но вовремя одумался.
Он все же не был идиотом и не стал устраивать сцен: опустился на одно колено, вопросительно посмотрел на Мару.
Когда-то он стоял на коленях перед Рьяррой и ненавидел и ее, и себя. Сложно было теперь не думать о том времени, не вспоминать. Эйн только надеялся, что Мара скажет ему подняться.
— На оба колена, — спокойно сказала она. — На одно опускаются только герианцы высокого статуса.
Ее слова, выражение лица были спокойными и отстраненными, Мара не злилась, даже не требовала. Она просто поясняла, чего хотела от Эйна и почему. Да он и сам мог догадаться: при Зайне она не могла позволить человеку лишнего, это вызвало бы подозрения.
Но это все равно было Эйну ненавистно.
Он тяжело подогнул под себя вторую ногу, с вызовом посмотрел на Мару.
Ну что? Достаточно с меня?
Зайн схватил его сзади за шею, и ткнул носом в пол, Эйн едва успел подставить руки. Вот же ублюдок.
— Не нужно, эллар, — спокойно заметила Мара.
— Он просто меня раздражал, — фыркнул Зайн. Эйн даже голову повернул, потому что тот впервые позволил себе показать эмоции так явно — усмехнулся, кривовато и открыто. Совершенно не опасаясь получить за это кнутом.
Мара не одернула его, даже не отчитала. Зайн убрал руку сам, видимо, наигрался. Он встал, и Эйн последовал его примеру, демонстративно отряхнулся.
Странно, что Зайн не задавал вопросов, не выспрашивал у Мары, кто и при каких обстоятельствах ее ранил — Эйн на его месте не стал бы молчать, но видимо, в том интернате, где растили герианцев, в них сразу вбивали правила поведения. И эти правила запрещали слишком много знать.
— Почему вы здесь? — спросила Мара.
— Пришел настроить имплант, — и вдруг — Эйн навсегда запомнил момент, Зайн нахмурился и добавил. — Болит. Мешает спать, и я все время думаю о том, что будет со мной дальше.
Он говорил спокойно, взвешено, и Эйн не понимал, зачем. Ведь не мог же тот и правда рассчитывать, что Мара сейчас станет его утешать?
Но она стала.
