Читаем Начерно онлайн бесплатно
– Констебля? Насмешил! – Хлебнув самогона, мужичок жмурится от удовольствия. – Я тут ремонтничаю. Битый час с этой гремлиновой чепухой вожусь. – Он толкает ботинком ящик с инструментами, а после одним подбородком указывает на широкое ростовое зеркало, привинченное к стене ломбарда. Только вот зеркалом его назвать всё же нельзя: блестит, а отражения не дает. – Скоро ж большой фестиваль, вот из Глёдхенстага и прибыло… ик, распоряжение. Надо эти штуки по всему городу установить. В сжатые, мать его, сроки!
– А чего ночью-то? – усмехаюсь я, разглядывая странное зеркало. – Днем не работается? Райончик у нас не из безопасных, дружище.
– Так-то оно так, – затягивается папиросой ремонтник, – да днем не поквасишь: мигом кто-нить ушлый на тебя донесет. А района я не боюсь, сам вырос в Прибехровье, хе!
– Согласен. Ночь – время настоящих мужиков. За встречу! – Получив пузырь обратно, поднимаю новый тост. – Уф, ну и доброе пойло… Так что это за штука-то?
– О, эт ты по адресу обратился. – Ремонтник сдерживает отрыжку, надув щеки и выпучив глаза. – Это псикран называется. Вроде зеркало простое, а только внутри – менталевые стержни. Гремлины как-то их обработали, что псикран твою психику насквозь видит и тебе, получается, твои хотелки показывает… Да только такие, что в городе купить можно. Ну, товар рекламирует, что ли.
– Бесовщина какая-то. – Недоверчиво поднимаю бровь, всматриваясь в мутную гладь псикрана. – Ни черта он не показывает.
– Ну так естес-с-сно! – посмеивается мужичок, хлопая меня по плечу. – Он же спит! Обожди, ща я включу.
Ремонтник хватает из ящика причудливый инструмент, напоминающий отвертку с усиками, и, присев под псикраном, что-то там подкручивает. Временами он кряхтит, ругается по-доброму, а изнутри, в начинке бесовского зеркала, раздается сонное потрескивание.
– Во! – распрямившись и утерев со лба морось, улыбается мужик. – Ща всё будет, дай только нагреться.
Я собираюсь отшутиться, как-нибудь безумно смешно, в стиле старины Бруга, но внезапная вспышка ослепляет меня. Я даже отпрыгиваю от «зеркала», заслонившись от света руками.
– Со всеми так! – дружелюбно смеется ремонтник. – Я в первый раз тоже обосрался. А потом привык, что ли.
Проморгавшись, я присвистываю с удивлением.
– Обалдеть, да? – Мужичок довольно улыбается. – Ну, что видишь? Мне вот он показывает новый комбез, фирмы «Алоис и сыновья». Зеленый, как дубовый листочек, из брезента, а уж карманов сколько – у-ух, закачаешься!
На светящейся поверхности псикрана ярко горит рекламная картинка. В кресле-каталке сидит благородного вида старушка-одуванчик. Седовласая и сухонькая, одетая в чистый больничный сарафан, она хлопает в ладоши, счастливо улыбаясь белоснежными зубами. Вокруг нее собралась толпа родственников: взрослые дети, повзрослевшие внуки и еще пара малявок, сладких и румяных до рвоты. У всех на лицах такие же гротескно-идеальные улыбки и глаза, светящиеся эйфорией. А в центре, встав перед миловидной бабулькой на одно колено, сияет образцовый лекарь, в золотом пенсне, докторском колпаке и халате – всё как полагается. Нацепив на физиономию учтивую лукавинку и приглаживая удалой ус, он протягивает старушке склянку с желтыми таблетками.
Внизу картинки крупными буквами выведено: «ЦВЕЙТОПАМ». А внизу приписочка: «Беззаботная старость без страха и боли!»
– Мне показывает цвейтопам, – хмурюсь я. – Чепуха какая-то. Сам погляди!
– Не, браток, псикран каждому свое показывает, – с видом знатока объясняет ремонтник. – Мне комбез, а тебе вот… У тебя, видать, старики в родичах есть? Или головой болеет кто?
– Ну-у-у… – протягиваю я, не в силах отвести взгляда от рекламы.
– Да точно! Насквозь тебя вижу, как псикран почти! – лыбится мужик. – Цвейтопам, если с башкой беда, от одержимости спасает. Таблеточку захавал – и никакой бес тебе не страшен. У меня тещу, старую маразматичку, только благодаря цвейтопаму и не упекли в Башню Дураков. Она теперь как овощ, естесно, но так надоело уже терпеть эту ведьму, эх…
Я вспоминаю о куртке и Нечистом. Если это лекарство настолько ядреное, что от одержимости помогает, то…
– А ты не знаешь, дружище, где его достать можно? – спрашиваю я.
– А то ж! – Ремонтник шлепает себя по бедру. – Еще и объясню тебе, где подешевле взять, только давай перед этим вздрогнем напоследок. Ну, браток, за ясность мысли!
Я заваливаюсь в свою комнату уже под утро. Спотыкаясь, раскидываю башмаки по полу, наспех сбрасываю куртку и штаны да падаю в кровать.
Какой же лютый самогон, пса крев, даже потолок крутится вокруг самого-лучшего-абажура… От его постоянных вихляний укачивает. О Пра, чтоб я еще раз напился в ночь…
Перевернувшись на бок, прикладываюсь лбом к стене. Она холодит, а большего для счастья и не надо. Думая о том, как мне повезло с друзьями – абажуром, стенкой… и Шенной, конечно, – я расплываюсь в блаженной улыбке. И проваливаюсь в сон.
