Читаем Даурия онлайн бесплатно
– Сдавайся! – успел он крикнуть и тут же свалился на шею коня, убитый из нагана Антошкой. Василий Андреевич не выдержал, перескочил через сиденье, отстранил Мишку и открыл по баргутам меткий опустошительный огонь. Уцелевшие баргуты метнулись прочь и рассеялись. Но слева, исступленно горланя, неслась другая группа баргутов человек в двадцать. Поворачивать пулемет в ту сторону был некогда, и Василий Андреевич схватился за гранаты, лежавшие в ящике у его ног. Мишка последовал его примеру.
– Ну, кажется, получается скверная штука, – сказал Василий Андреевич с таким веселым и неестественным оживлением, что Роману стало одновременно и страшно и весело. – Ничего! Мы еще побьемся! – и тщательно прицелился в ближайшего всадника.
Василий Андреевич и Мишка с ожесточением метнули бутылочные гранаты – одну, другую, третью.
Маленькие гривастые лошадки баргутов оказались страшно пугливыми. От взрывов гранат они дико шарахнулись в сторону, закусив удила, храпя и не слушаясь поводьев. Две из них пронесли своих всадников, краснолицых и злобно оскаленных, так близко от «Чандлера», что Роман заметил капли пота на скуластых щеках одного из них. Этого всадника достал он пулей вдогонку, а под другим слепая от страха лошадь угодила передними ногами в тарбаганью нору, перевернулась через голову и придавила его своим телом.
– Ага, скушал! – злорадно воскликнул Антошка и, чувствуя, что силы покидают его, опустил руку с наганом: – Продырявили меня, товарищ Улыбин.
Разъяренные неудачей баргуты, отскочив от «Чандрела» на каких-нибудь сто шагов, стали бить по нему из винтовок. Но в эту минуту сзади послышалось раскатистое, стремительно нарастающее «ура». Это подоспел, наконец, со своими казаками Филинов. Увидев Василия Андреевича в беде, аргунцы дружно ринулись на выручку, опрокинули и погнали баргутов. Лукашка Ивачев пронесся мимо «Чандлера», задержался на минуту у придавленного лошадью баргута.
– Лукашка! Черт! – закричал ему Роман.
– А, живой, браток! – узнав его, весело отозвался Лукашка и понесся дальше, крутя над головой клинок.
– Ну, как дела, Антон? – озабоченно обратился Василий Андреевич к шоферу и, не дождавшись ответа, спрыгнул на землю и распахнул дверцу. Антошка сидел, уронив голову на баранку руля; левый рукав его гимнастерки был мокрым от крови. Василий Андреевич с помощью Мишки и Романа вытащил шофера из машины, уложил на траву и стал перевязывать. Роман веткой метельника отгонял мух и кольчатобрюхих рыжих оводов, садившихся на лицо Антошки.
Покончив с перевязкой, Василий Андреевич вытер ладонью лоб и, облизывая пересохшие от жары и жажды губы, сказал:
– Хорошо бы теперь напиться воды, да такой, чтобы зубы заныли. Я раньше всегда флягу с чаем брал, а на этот раз забыл. Эх, Михаил, адъютант ты мой! – укоризненно поглядел он на сконфуженного Мишку, – вот бы сейчас и Антона напоили. Много он крови потерял, без воды плохо ему придется.
Мишка, желая загладить свою вину, сказал:
– Поедем, товарищ Улыбин, на базу Аргунского полка. Там и воду найдем, да и фельдшер есть.
– Надо сначала Филинова дождаться.
Василий Андреевич выпрямился и стал озабоченно глядеть на юг, куда унеслись преследующие баргутов аргунцы. Там, над синеющими в мареве увалами, таяли облачка шрапнелей, глухо погромыхивали разрывы. Роман, которому хотелось поговорить с дядей, сказал:
– И смелый же ты человек, дядя. А когда это ты пулеметом владеть научился?
– В семнадцатом году в Иркутске, когда с юнкерами дрались, – ответил Василий Андреевич и, вынув из кожаной коробки бинокль, стал смотреть в сторону синеющих вдали сопок.
Скоро из-за ближних увалов появились отходившие на рысях аргунцы. Василий Андреевич проверил, заводится ли «Чандлер», и стал поджидать Филинова. Все еще не приходившего в сознание Антошку снова перенесли в машину и уложили на заднее сиденье.
Филинов молодцевато подскакал к Василию Андреевичу с вытянутым вдоль правой ноги оголенным клинком. Крутнув клинком над головой, кинул его в ножны и не удержался, чтобы не похвастать:
– Хоть двоих, да зарубил. Какие будут ваши дальнейшие приказания?
«Хорош будет во взводных или сотенных командирах», – глядя на него, подумал Василий Андреевич и спросил:
– Потери сейчас большие?
– А никаких, – самодовольно рассмеялся Филинов и этим еще более укрепил Василия Андреевича в своем мнении. – Все вернулись целыми и невредимыми. Я полагаю, что и ночью мы больше испугом отделались. Правда, всех беглецов теперь не вдруг соберешь. Ударили ведь наобум, куда глаза глядят. Хвати, так самых проворных верст за сорок отсюда надо искать.
– А где может находиться сейчас Вихров-Петелин?
– Где-нибудь дальше к востоку, если остался цел. Он ведь тоже, как и я, шел в атаку впереди всех. Он, холера, и подбил меня на эту затею. Язык у него ловко подвешен. Удайся, говорит, нам с тобой взять эту паршивую сопку, мак мы утрем нос и Лазо с его пехотой и Коп-Зор-Газу.
– Значит, во всем виноват один Вихров-Петелин? – сердито спросил Василий Андреевич. – Нехорошо, товарищ Филинов, сваливать свою вину на других. Ты не мальчик.
