Читаем Даурия онлайн бесплатно
– Ты, ты… Заладила! А сама небось больше всех радовалась, что с купцом породнилась… Да не держи меня! – вырвался от нее Епифан и стал участливо спрашивать Дашутку: – Тебя, может, и верно к фельдшеру свозить?
– Не надо. Без него обойдется.
– Тогда пойдем в избу. Отдохнешь немного, а потом поведу я тебя к Сергею Ильичу. Я его, подлого, живо отважу так обходиться с тобой.
– Не пойду я к ним, – чуть не плача сказала Дашутка.
– Пойти-то придется. Тут уж все, девка, по гроб завязано. Только не бойся, я за тебя постою.
Когда вернулись в дом и пообедали, Аграфена уговорила Епифана до вечера не ходить к Чепаловым. Но и вечером не пришлось ему идти. Едва закатилось солнце, приехали к нему в кошевке Сергей Чепалов и Алешка. Увидев их в окно, Епифан усмехнулся:
– Сами, значит, пожаловали. Пойдет у нас теперь разговор…
Дашутка, переодетая в материнскую кофточку, испуганно ойкнула и заметалась по кухне, потом спряталась в запечье. Аграфена начала торопливо убирать со стола. Хотя было еще довольно светло, но Епифан приказал Верке закрыть ставни, а сам зажег лампу и уселся на лавке, нетерпеливо поигрывая концом пояса.
Первым в кухню вошел Сергей Чепалов. Войдя, он помолился на иконы так, словно чистил пуговицы на своей борчатке, и глухо пробубнил, не глядя на Епифана:
– Здравствуй, сват.
Епифан угрюмо пригласил:
– Проходи, присаживайся.
Купец крякнул, положил шапку с рукавицами на лежанку, прошел неторопливо вперед. Присел на краешек лавки, расстегнул воротник борчатки и зло спросил:
– Куда дочь спрятал?
– Что мне ее прятать-то? У меня она. Увидела тебя и за печку полезла.
– Так, так… Что же она домой не является? Приглашения ждет?
Насилу сдерживая закипевшее бешенство, Епифан спокойно сказал:
– Не знаю, тебе видней, – и забарабанил пальцами по столу, в упор глядя на купца.
Не подымая головы, не отвечая ему, Чепалов стал звать Дашутку:
– Ну, Дарья, вылезай из-за печки да расскажи отцу с матерью, как со свекром разговариваешь…
– Как тебя свекор нагайкой до полусмерти избил, – не вытерпев, добавил Епифан.
Чепалов ожег его ненавидящим взглядом и снова принялся звать Дашутку.
Дашутка упорно молчала и не показывалась. С надворья тем временем, впустив в кухню белый клуб холода, вошел Алешка. Он поздоровался, но ни Епифан, ни Аграфена ему не ответили. Алешка смутился и не посмел пройти вперед, а присел на табурет у порога. Выждав, пока разошелся на кухне холод, купец обратился к сыну:
– За печку твоя законная спряталась. Иди поклонись, может, соизволит выйти.
Алешка что-то невнятно промычал себе под нос. А купец продолжал:
– Приголубили ее отец с матерью. Ее проучить надо было да к мужу отправить, а они ее прятать давай…
У Епифана лицо мгновенно покрылось красными пятнами, задергалось судорожно веко левого глаза. Но и на этот раз у него хватило выдержки. Не повышая голоса, но решительно оборвал он купца:
– Хватит, сват, понаветничал… А теперь слушай, что я тебе скажу: хоть ты и почтенный человек, а дочь мою увечить я тебе не позволю. Нагайкой жеребят учат, а не бабу.
– А что же прикажешь делать, ежели баба от рук отбилась? – сердито засопел и заворочался на лавке купец. – На божницу, что ли, ее заместо иконы ставить?
– Ерунду, сват, говоришь. Ей у вас от баб житья нет, а ты не разобрался и на нее же понес. Не годится так порядочному человеку делать.
– Кому от кого житья в моем доме нет – про то я знаю. Не тебе меня учить. – Купец поднялся с лавки и властно скомандовал: – Дарья, выходи, а не то силой выведем! Нам с тобой долго возиться некогда.
Его наглая самоуверенность вывела, наконец, Епифана из себя. Епифан повысил голос:
– Не покрикивай, сват, не покрикивай! Ты не дома!
Чепалов отмахнулся от него и, тяжело затопав ногами в черных бурках, пошел в запечье. Епифан решительно загородил ему дорогу. Купец закрутил бурой бородой, по-медвежьи зарычал и толкнул Епифана. Но Епифан даже не пошатнулся, хотя и был на целую голову ниже купца. Он поднес ему под нос свой увесистый кулак и сказал:
– Этого ты не нюхал, сват? Покомандуй еще, так я тебе покажу, где Бог, а где порог… Садись лучше… – силой усадил он купца на лавку. – Сел? Вот и хорошо. А теперь давай разговаривать.
Купец рванулся с лавки, но Епифан положил ему на плечи свои ручищи и притворно-ласково попросил:
– Нет, ты уж посиди, сват, посиди!..
Задыхаясь от бессильной злобы, напрасно купец пробовал сбросить с своих плеч Епифановы руки. Они давили его все крепче и крепче. Поняв, что ему не вырваться, Чепалов начал ругаться и звать на помощь Алешку. Алешка вцепился в Епифана сзади и стал тянуть его за рубаху.
– Ах ты, гнида! – Епифан схватил Алешку правой рукой за шиворот и легко, словно мальчишку, усадил его рядом с отцом. Потом пододвинул к себе ногой табурет и, глядя немигающими глазами в бороду купца, опять повторил: – А теперь давайте разговаривать.
Купец попробовал пригрозить ему:
– Я тебя, сукиного сына, под суд упеку!..
В ответ Епифан сдавил ему плечи, будто клещами, и прикрикнул:
– Молчать у меня!..
