Читаем Даурия онлайн бесплатно
Командир Коп-Зор-Газа Седякин, лихой и редко унывающий казачина, писал с Аргуни крупным размашистым почерком: «На нашем участке фронта вполне спокойно. Семеновцы, как удрали за границу, так больше не показываются оттуда. А если и покажутся – не беда: навтыкаем по пятое число. По слухам, китайцы начали было разоружать семеновских вояк, на них окрысилась японская микада и заставила поджать хвосты. Настроение у бойцов хорошее, но желательно послушать авторитетного товарища насчет международного текущего момента, так как есть еще и несознательные, которые обижаются, что не идем за границу – додавить там атамана и всю его банду. Я, конечно, подобные разговорчики пресекаю, но боюсь, что мне дадут по шапке и выберут на мое место такого Тараса Бульбу, который вылупит глаза и попрет аж до самого Порт-Артура».
Василий Андреевич, помня указание Лазо, тут же написал Седякину: «Границу ни в коем случае не переходить. За неподчинение будем судить по всей строгости революционных законов. Доведите это немедленно до сведения всех бойцов и командиров. Помните, что переход границы неизбежно вызовет выступление против нас регулярной японской армии. А в данных условиях это для нас равносильно самоубийству. В ближайшие два-три дня подберем и командируем к вам еще одну группу партийных товарищей. Ежедневно доносите о положении на участке отряда».
Второе донесение было от какого-то Ивана Анисимовича Махоркина: «С отрядом приискателей Новотроицкой волости в двести двадцать штыков и семнадцать сабель четвертого числа сего месяца прибыл на фронт. Нахожусь в поселке Соктуй-Милозан. Жду указаний насчет дальнейшего маршрута вверенного мне отряда, а также прошу, по возможности, снабдить меня патронами и хотя бы одним пулеметом. Пулеметчики у нас имеются. К сему Махоркин, Иван Анисимович».
Василий Андреевич попытался представить себе на минуту этого Ивана Анисимовича и решил, что он непременно мужчина в годах, обстоятельный и серьезный: поступки свои обдумывает, слова взвешивает. Уж если приискатели, народ горластый и придирчивый, выбрали его своим командиром, значит он заслуживает этого вполне, хотя боевого опыта у него, конечно, нет. «Обязательно надо побывать у него», – сказал себе Василий Андреевич и взялся за новое донесение.
Один из командиров отрядов, известный на весь фронт сквернослов, которого Лазо в шутку обещал наградить зо– лотым оружием, если он бросит свою дурную привычку, в обычной хлесткой манере доносил о короткой стычке с семеновцами, закончившейся позорным бегством «омовцев Гришки-бандита».
Командир Черемховского социалистического отряда Дудуев сообщал: «Сегодня противник с утра шпарит по нашим позициям из артиллерии. Сидим в своих дырах, как страусы на яйцах. Воды нет со вчерашнего дня. Водовоза вместе с верблюдом и бочкой подняло на воздух шестидюймовым снарядом. Меня самого дважды засыпало землей, отчего я оглох на оба уха. Прошу с наступлением темного времени подкинуть нам грузовик с водой. Без воды нам будет труба. Но можете быть спокойны – умрем, а своих позиций не оставим».
Василий Андреевич знал, что значит для черемховцев в такую жару не выпить за целые сутки ни капли воды. Им негде укрыться от палящего солнца. Они сидели в мелких окопах, с трудом отрытых на голом каменистом бугре. Вокруг них расстилались пышущие жаром пески да чахлые травы. Ближайший источник с питьевой водой находился от них за десять верст, ближайшее жилье – за тридцать. Достать на месте телегу и новую бочку они не могли при всем своем желании.
Василий Андреевич приказал разбудить Аверьяныча. Зевая и почесываясь, Аверьяныч предстал перед ним.
– Я вас слушаю, товарищ помощник командующего!
– Жаль мне было будить тебя, Аверьяныч, но надо – ничего не поделаешь. У Дудуева люди сутки сидят без воды. У них бочку разбило снарядом. Надо срочно найти бочку, а лучше две, и до рассвета доставить им воду на грузовике.
– М-да, мудреная штука, – сказал Аверьяныч. – А у нас, как назло, ни одной порожней бочки. Очень плохо у нас с этой деревянной тарой. Ума не приложу, что можно сделать. Выписал я бочки из Читы, да ведь они еще когда будут…
Василий Андреевич перебил его:
– Я видел у тебя на складе красную рыбу в бочках.
– Да, но что прикажете делать с рыбой? Ее за один день не съешь. Потом ведь вода в этих бочках так вонять будет и горчить, что ее в рот не возьмешь.
– А выпарить бочки можно?
– Оно, конечно, сделать все можно, да ведь на все время надо…
Василий Андреевич посмотрел на часы.
– Так вот что, через два часа бочки должны быть выпарены, промыты и поставлены на грузовик. Можешь взять себе в помощь всех, кого пожелаешь.
Аверьяныч пошел выполнять распоряжение. Василий Андреевич крикнул своего адъютанта Мишку Лоншакова. Это был курносый и веснушчатый паренек молодцеватого вида, щеголявший в красных суконных галифе и желтых трофейных ботинках с крагами.
– Я что-то не вижу, Михаил, ничего от Вихрова-Петелина.
