Читаем Власть и прогресс онлайн бесплатно
Однако способность Коммунистической партии контролировать инакомыслие на всей огромной территории Китая и в 1990-е годы, и на протяжении большей части 2000-х годов оставалась ограниченной. В начале 2000-х годов сложилось низовое движение Вейцюань – объединение множества адвокатов, защищавших жертв нарушений прав человека по всему Китаю, а также выступавших по экологическим проблемам, делам, связанным с правами на жилье и со свободой слова. Одно из самых известных движений в защиту демократии, «Хартия 08», возглавляемая писателем и активистом Ли Сяобо, в 2008 году опубликовала свой проект реформ, выходивший далеко за пределы «Семи требований» с площади Тяньаньмынь. В эти требования входили: новая конституция, выборность всех должностных лиц, разделение властей, независимое судопроизводство, гарантии базовых прав человека, полная свобода объединений, собраний и самовыражения.
Однако к 2010 году в Китае начали закручивать гайки: к этому времени власти осознали силу Интернета как потенциального инструмента слежки и обеззараживания общества, так что публично выражать недовольство стало сложнее. Интернет появился в Китае в 1994 году, и почти немедленно начались попытки его цензуры. «Великий файерволл», призванный ограничить для граждан Китая возможности читать в Интернете иностранные ресурсы и общаться с иностранцами, впервые появился в 2002 году, был завершен в 2009 году и с тех пор периодически совершенствовался.
Однако в начале 2010-х годов цифровая цензура еще имела пределы. Одно крупное исследование, проведенное в 2011 году, собрало и проанализировало миллионы постов в соцсетях, выложенных китайцами на 1382 различных сайтах и платформах, а затем проследило за ними в динамике, чтобы увидеть, уберут ли их китайские власти. Результаты показали, что «Великий файерволл» эффективен, но лишь до определенной степени. Власти не цензурировали бо́льшую часть (сотни тысяч) постов с критикой правительства или партии. Они убрали из Сети лишь небольшую выборку постов на чувствительные темы, способных вызвать бурное обсуждение или побудить разные оппозиционные группы объединиться. Например, большинство постов о протестах во Внутренней Монголии или в провинции Цзэнчэн исчезали очень быстро. С той же скоростью растворялись в воздухе посты о Бо Силае (бывшем мэре Дайляня, члене Политбюро, вычищенного в те годы) или о Фан Биньсине (создателе «Великого файерволла»).
Другая команда исследователей обнаружила, что, несмотря на «Великий файерволл» и систематическую цензуру, общение в социальных сетях все равно действовало как триггер протестов. Координация и географическое распространение протестной активности осуществлялись через мессенджер
Мягкая цензура, допускавшая некоторые критические сообщения, прекратилась после 2014 года. Под руководством Си Цзинпиня правительство увеличило спрос на слежку за населением и начало внедрять ИИ-технологии сперва в Синьцзяне, затем и по всему Китаю. В 2017 году оно опубликовало «План развития ИИ Новое Поколение», где высказало надежду стать глобальным лидером в области ИИ и четко указало, что прежде всего его интересуют технологии наблюдения и сбора данных. С 2014 года расходы Китая на камеры и ПО, связанное с наблюдением и слежкой, а также его доля в мировых исследованиях ИИ повышаются из года в год; сейчас они составляют четверть всех мировых расходов на ИИ. Исследователи, проживающие в Китае, патентуют больше новых технологий, связанных с ИИ, чем где-либо еще в мире.
С развитием ИИ-технологий пришло и более интенсивное наблюдение. Говоря словами основателя
В наше время очень немногие «крамольные» посты умудряются проскочить цензуру на всех крупных социальных платформах; «Великий файерволл» отсекает жителям Китая доступ почти к любым иностранным вебсайтам с политическими материалами, а о протестах, координируемых через соцсети, почти ничего не слышно. У китайцев нет больше доступа к большинству независимых иностранных СМИ, включая «Нью-Йорк таймс», «Си-эн-эн», «Би-би-си», «Гардиан» и «Уолл-стрит джорнал». Крупные западные соцсети и поисковики –
