Читаем Ртуть онлайн бесплатно

– Потому что, незаконнорожденного или нет, ни один отец не будет ненавидеть свою плоть и кровь так, как Беликон ненавидит Фишера.

– Ну, да… – губы Лейн задрожали, и она невидящим взглядом уставилась на одеяло. – В этом ты права. Ну, как бы то ни было. – Она вздохнула, выпрямилась, беря себя в руки и отбрасывая неприятную тему, словно сбрасывая с плеч тяжелый плащ. – Пойду принесу нам что-нибудь поесть. А после завтрака отправимся в библиотеку.

Она ушла, а я села на край кровати, испытывая облегчение оттого, что наконец-то осталась одна.

Аннорат мор.

Аннорат мор.

Аннорат мор.

Кингфишер велел мне слушать ртуть, и я сделала это. Но теперь я не могла перестать ее слышать. Голоса в голове исчезли, как только ртуть застыла, но эта фраза… Я повторяла ее про себя снова и снова, словно это был ответ на вопрос, который я не знала, как задать.

Аннорат мор.

Аннорат мор.

Аннорат мор.

Кингфишер отреагировал, когда я произнесла это вслух. Он вытаращил глаза от изумления. Даже был шокирован. Но не объяснил, что это значит, и неведение сводило меня с ума.

Я впилась ногтями в ладони, вслушиваясь в ритм слов, крутившихся у меня в голове. Казалось, они заменили собой биение сердца. Мой транс закончился только тогда, когда тишину нарушил громкий стук в дверь.

В какой-то момент Лейн смирилась с тем, что я мало ем, и перестала накладывать в мою тарелку огромное количество еды. Вместо этого она приносила мне яблоко или что-то похожее. То есть даже если одна ее рука была занята тарелкой с завтраком, у нее оставалась еще одна, свободная, чтобы открыть дверь. Я ворчала себе под нос, пока пересекала комнату и, повернув ручку, распахивала дверь. Затем я вернулась к кровати и опустилась на колени в поисках туфель, которые сбросила прошлой ночью.

– Признаться, мне нравится, когда женщина встает передо мной на колени, но в данном конкретном случае…

Я потянулась, зацепила пальцами каблук туфли под кроватью, но, как только услышала этот голос, застыла. Кровь прилила к щекам, я отпрянула назад и уселась на пятки, сердито глядя на Кингфишера.

– Тебе здесь не рады, – сообщила я.

Его губа выглядела еще более опухшей и красной, чем вчера днем. В руках он держал большую деревянную доску, на которой были разложены всевозможные виды вяленого мяса, сыров, фруктов и по меньшей мере три сорта хлеба. На нем было чрезмерное количество доспехов – в два раза больше, чем обычно. Его голени закрывали черные поножи, украшенные золотыми восходящими солнцами, лучи которых поднимались к коленям. На запястьях красовались такие же наручи. Он окинул меня долгим взглядом, и его губы изогнулись в холодной улыбке, когда он заметил, что я разглядываю его обновленную броню.

– Нравится? – вкрадчиво спросил он. – Сегодня утром я решил, что дополнительная защита не помешает, раз уж теперь ты бросаешься на меня, как бешеная кошка.

– Кошки царапаются, – спокойно сказала я. – А я почти надрала тебе задницу.

– В твоих гребаных мечтах, человек. – Он пинком закрыл дверь, прошел в спальню, опустил доску с едой на маленький столик, а затем подошел к каждому из трех высоких окон в комнате и задернул занавески.

Я шла за ним, снова раздвигая шторы.

– Что ты делаешь?

– У меня похмелье, – объявил он. – Солнце пытается раскроить мне череп, отчего я становлюсь весьма недружелюбным. Но пожалуйста. Не стесняйся, открывай.

Как вообще можно убить воина фей? Нужно ли для этого особое оружие? Можно ли его отравить? Я мысленно сделала пометку, что надо спросить у Русариуса – старый библиотекарь наверняка знает. Нахмурившись, я вернулась к окнам и снова задернула шторы.

– Я имела в виду, что ты здесь делаешь? В моей комнате?

– Очевидно, мне не разрешают есть в библиотеке. И, в отличие от Лейн, у меня нет своего крыла во дворце. Я заметил вчера, что у тебя тоже вполне приличные комнаты, поэтому решил позавтракать здесь. Не волнуйся. Я принес тебе немного сыра. – Он поднял одну из маленьких тарелок, стоявших на его переполненной доске, и положил на нее огромный кусок твердого сыра. Честно говоря, тот выглядел хорошо, но то, как он пихнул тарелку мне через стол, заставило мою кровь закипеть.

А затем этот придурок принялся есть так, словно от этого зависела его жизнь.

– Русариус сказал, что в библиотеке под запретом жареная еда. А у тебя все просто нарезано. Забирай и иди доставай его.

Кингфишер не обратил на мои слова никакого внимания.

– Фишер!

Он поморщился, вжавшись в стул.

– Сегодня есть правила, человек. – Он начал перечислять, загибая пальцы. – Не кричать. Не бросаться в драку. Не заставляй меня заниматься физической активностью. Не…

– У тебя губа снова кровоточит, – сказала я ему.

Он высунул язык, слизнув им каплю крови, и передо мной блеснула пара порочно острых клыков. Их вид вызвал у меня трепет смятения, окрашенного паникой. По телу прокатилась волна жара, кровь прилила к щекам.

Кингфишер встретился со мной взглядом.

– Осторожнее, человек. У нас, фей, отличное обоняние. Ты поразишься тому, что мы можем учуять.