Читаем Ртуть онлайн бесплатно

Я настороженно подошла к зеркалу. Обхватив себя руками, я приготовилась к неизвестности. Я понятия не имела, узнаю ли я ту, что посмотрит на меня из зеркала. Но я узнала. Если не считать легких теней под глазами, я была самой собой. Саэрис. Те же темные волосы. Те же голубые глаза. Те же…

Я замерла. Потом повернула голову.

Уши.

Кончики ушей были заострены. Они торчали вверх сквозь мои спутанные волосы, как будто всегда были такими. Я открыла рот, чтобы выругаться, увидела свои зубы, и мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Клыки. У меня были очень длинные клыки. И они выглядели острыми.

– Я… фея? – спросила я у отражения Таладея в зеркале.

Он вежливо улыбнулся, но покачал головой.

– Насколько мы можем судить, ты наполовину вампир, наполовину фея. Такого никто из нас еще не видел. На данный момент мы не знаем, какие черты ты переняла от фей, а какие – от вампиров. Все, в чем уверены наши целители, – это в том, что ты больше не человек.

Больше не человек.

Не совсем вампир.

Не совсем фея.

Мое горло сделало все возможное, чтобы удержать оставшееся в желудке. Я отвернулась от зеркала и закрыла глаза. Я не могла думать об этом сейчас. Мне нужно было увидеть свою пару…

– Где Фишер?

Таладей пожал плечами и принялся как-то загадочно рассматривать лепнину на потолке.

– О, я точно не знаю. Но, полагаю, где-то здесь.

– Он ранен? Он…

– Успокойся, Саэрис. С ним все в порядке. Он скоро придет.

Я не собиралась доверять словам вампира. Посмотрев вниз, я увидела, что мои знаки все еще на месте, заявляя на весь мир, что я – пара Кингфишера.

Я потянулась к нему своим разумом. И мгновением позже была вознаграждена чувством глубокой сосредоточенности. Не моей. Фишера. Он был здесь. Рядом. И он сосредоточился на чем-то очень важном. Я не чувствовала от него ни боли, ни тревоги, что позволило вздохнуть чуть свободнее. Похоже, Таладей сказал правду.

– Где мы? – спросила я, обходя кровать и стараясь, чтобы между нами оставалось достаточно места. Где Солейс? Мне нужен мой гребаный меч.

– Фишер попросил меня позволить ему самому сказать тебе, где мы находимся, – ответил Таладей.

– Что? Но… почему? – Я прищурилась, пытаясь понять его. Лорд вампиров выглядел в равной степени расслабленным и веселым, что никак не объясняло, почему он держит наше местоположение в секрете. В груди вспыхнуло раздражение. Я пересекла спальню, плотнее запахивая халат, и рванула шторы.

Глаза резануло от боли. На улице были сумерки, последние лучи солнца исчезали за горизонтом, но ощущение возникло такое, будто меня только что ударили кувалдой по голове.

– А-а-а!

Стараясь держаться в тени, Таладей аккуратно убрал мою руку со шторы и снова задернул ее.

– Скоро ты и свет сможешь переносить лучше, чем кто-либо другой. Ко всему этому просто нужно привыкнуть. А что с твоей памятью? Что ты помнишь о Гиллетри, Саэрис?

От этого названия у меня по спине пробежала дрожь.

– Я… мы сражались с ними. Малкольм, Беликон и Мадра. Там была монета. Я подбросила ее…

– А потом?

– Потом… – Я уставилась на него, странный ужас сковал низ моего живота. – Он ранил меня. Я… убила его. Пришли вы с Фишером. А потом…

– А потом я укусил тебя, – кивнул Таладей. Он быстро отвел взгляд, словно ему внезапно стало неловко. – Я поставил блок в твоей памяти на то, что произошло дальше. Обращение – это тяжело. И, в общем, сир может подавить эти воспоминания, если…

– Сними его, – потребовала я. – Убери блок.

Таладей выглядел так, будто хотел отказаться, но сказал:

– Если ты уверена, что хочешь, я не буду настаивать, но это может ранить тебя…

– Убери. Его! – прорычала я.

– Как пожелаешь. – Ему не нужно было прикасаться ко мне. Все оказалось проще простого. Минуту назад я совершенно не помнила того момента, когда зубы Таладея вонзились мне в плечо. Не помнила и последующего ужаса. А в следующую минуту вспомнила.

Укус Таладея.

Фишер, несущий меня на руках. Открывающий темные врата. Я лечу по воздуху к ртутному порталу. Последовавший за этим короткий, но напряженный разговор с Заретом.

Затем Фишер, вытаскивающий меня из ртути. Он и Кэррион, спорящие так, будто собираются убить друг друга.

Лоррет, сидящий у моей постели, играющий на лютне и тихонько напевающий мне, пока я мечусь и стону.

Три дня я лежала в этой постели, в этой комнате, умоляя Фишера убить меня, потому что не могла больше выносить боль.

И я… укусила… кого-то.

Мои глаза метнулись к шее Таладея.

Я укусила его!

Он увидел, что я вспомнила, и слабо улыбнулся. Наклонившись, он показал мне ее – свою гладкую, чистую шею.

– Ничего страшного, – произнес вампир. – Ты едва прокусила кожу.

– Почему я это сделала? – Я прижала руку ко рту, боясь разжать губы и принять правду, которую я уже знала, но боялась признать.

– Фишеру лучше бы присутствовать при этом разговоре. – Таладей направился к двери.

– Нет! – Я… Я не знала, что сказать. – Какая-то часть меня чувствует, что я должна поблагодарить тебя за спасение моей жизни.

– А остальная часть?

– Хочет убит тебя за то, что ты сделал, – прошептала я.

Вампир кивнул, изучая свои ботинки.