Читаем Ртуть онлайн бесплатно

– Я должен, – сказал он. – Я не позволю тебе умереть.

– Ты не нарушишь данное мне обещание, – возразила я. – Ты поклялся, что больше никогда не лишишь меня свободы воли. Именно это ты и сделаешь, если исцелишь меня и умрешь сам. Я не хочу забирать твою душу.

– Я могу смириться с последствиями нарушения обещания, если это означает, что ты будешь жить, – сказал он вслух.

– Ты написал в своем послании, что у нас будет время после этой жизни. Что нас ждет нечто большее.

– Так и будет. – Он кивнул, как будто думал, что успокаивает меня. Что он дождется меня, несмотря ни на что. Но он неправильно понял.

– Не будет. Я сказала, что никогда не прощу тебя, если ты заставишь меня снова сделать то, чего я не хочу. Никогда – это очень долго, Фишер. Если ты пожертвуешь собой ради меня, я отвергну наши узы в этой и следующих жизнях.

Мне не нравилось, каким опустошенным он выглядел. Но я говорила серьезно. Фишер всегда жертвовал собой ради тех, кто его окружал. Я скорее умру, чем позволю ему пожертвовать собой ради меня.

– У нас мало времени, – сказал Таладей. – Есть другой путь, и ты это знаешь.

– Нет, – отрезал Фишер.

Второй Малкольм разочарованно хмыкнул.

– Когда же ты поймешь, что упрямство никогда не идет тебе на пользу? Позволь мне помочь!

Фишер смотрел на меня, и ртуть в его глазе бешено вращалась.

– Я…

– О чем он говорит?

– Фишер, если ты хочешь, чтобы я что-то сделал, это должно произойти сейчас.

– Фишер! Что он имеет в виду?!

Мой прекрасный темноволосый мужчина тяжело сглотнул.

– Тал не уступает Малкольму в могуществе. Он скрывал это от короля, чтобы тот не убил его. Он может обратить тебя.

Мой разум был словно в тумане. Я не могла понять, что он говорит. Таладей хотел обратить меня?

– Я не… я не могу быть вампиром, Фишер. Пожалуйста.

Фишер покачал головой.

– Ты не станешь. Ты станешь такой же, как Тал.

– Я не умру?

– Нет.

– Мне придется пить кровь?

– Мы не знаем.

– Фишер, она угасает. Осталось несколько секунд… – Я слышала слова Таладея, но его голос доносился словно из-под воды.

На меня опустилось тяжелое темное одеяло. Оно было таким теплым и уютным. Боль в животе утихла.

– Скажи мне, что она, блядь, согласна! – крикнул Таладей.

Мир померк.

Последнее, что я услышала, был голос Фишера:

– Она согласна.

– Двигайся!

Я почувствовала тошноту. Боль пронзила внутренности, словно ножом.

– О боги. Она жива? – Надо мной склонилось бледное, искаженное тревогой лицо Кэрриона.

БУМ!

Небо рушилось.

Не небо. Амфитеатр.

Огромная каменная глыба, отколовшись от трибуны, медленно падала.

БУМ!

– Клянусь богами, если она не справится…

Лоррет, вцепившись в рубашку Кэрриона, оттащил его назад.

Повсюду был огонь. Пламя с ревом поднималось к раскалывающемуся небу.

Пламя бушевало в моих венах. В моей шее.

Боги, моя шея…

– Открой темные врата!

В голосе Фишера была слышна паника:

– Я, черт возьми, пытаюсь!

Мир, лежащий на боку, разваливался на части.

Весь хаос. Вся боль. Все сомнения. Весь страх. Все…

Все прекратилось.

Я лежала в объятиях Фишера. Мир погрузился в тишину, но я видела над собой лицо моей пары и ужасное горе на нем. Напряженные сухожилия на его шее, когда он что-то кричал Лоррету. Он пришел за мной. Даже несмотря на то, что мир вокруг рушился, он держал меня.

– Гора, которая выстоит в любой буре, – отчетливо произнес голос в моем сознании. Я не контролировала свое тело. У меня не осталось ни сил, ни желания реагировать. Но я была в состоянии понять, что теперь этот голос звучал по-другому. Спокойно. Сосредоточенно. Искренне. Я наблюдала за Фишером, мое зрение то прояснялось, то уплывало в темноту, пока неизвестный продолжал говорить.

– Он – буря. Ты – покой, который придет после нее. Скажи, веришь ли ты в судьбу, алхимик?

Я закрыла глаза, из уголков потекли слезы. Фишер открывал врата. Он забирал меня домой. Я умру в Калише, возможно, в его уютной постели. Я…

– Не уплывай слишком далеко от берега, Саэрис Фейн. Возвращайся сейчас же. Возвращайся!

Я открыла глаза, пульс вдруг бешено ускорился. Адреналин наполнил мою кровь, волна энергии пронеслась по груди, заставляя сердце биться с новой силой.

– Черт! – выдохнула я. – О, боги. Черт!