Читаем Ртуть онлайн бесплатно
– Мать твою! Ты меня провел! – выпалила я.
– Нет, – спокойно возразил Кингфишер. – Я преподал тебе бесценный урок, и он очень пригодится в твоей прискорбно короткой человеческой жизни, которую ты проведешь в этом королевстве. Всегда обращай внимание на мелкий шрифт. Демоны в деталях. А теперь давай седлай лошадь.
С тех пор как я очнулась в Ивелии, мне доводилось видеть окружающий мир только из окон. В глубине души я была уверена, что и город, раскинувшийся далеко внизу у стен дворца, и лес, толстым ковром стелившийся вдаль и поднимавшийся вверх по горным склонам, – это иллюзия.
Нет. Я ошибалась.
Когда по воле Кингфишера я вышла из конюшни, у меня чуть не помутился рассудок. Поначалу, пока я выводила из стойла под уздцы зверюгу, которую он в итоге сам для меня заседлал, и мы шагали к воротам, я могла думать только о ее здоровенных квадратных зубах. А потом я вскинула голову, вытянула шею, вглядевшись в густую ночную тьму, и впервые в жизни ощутила на щеке поцелуй снега. Впервые. По-настоящему. Одно дело – смотреть на снег из окна, другое – осознать его реальность на собственной шкуре…
Вся моя жизнь была бесконечной борьбой за воду. Я своими глазами видела, как люди сражаются за глоток, за горсть воды. Видела, как умирают, не сумев ее раздобыть. Как ради нее забивают друг друга насмерть, лгут, предают и крадут. Страшная жажда в простонародных секторах Зильварена преследовала всех и каждого. Жажда была неотъемлемым свойством города, движущей силой, заставлявшей биться его сердце. И каждый, кем бы он ни был, откуда бы ни пришел, чувствовал это биение, тяжелое и гулкое, как удары молота по наковальне. Оно отдавалось в крови любого горожанина. Два солнца припекали так сильно, что песок плавился у тебя под ногами, превращаясь в жидкое стекло. Двойняшки выпаривали влагу отовсюду, и с каждым выдохом твое тело делалось слабее. Как только ты открывал глаза, часики начинали тикать и не останавливались до твоего отхода ко сну: «Во-ды, во-ды, во-ды, во-ды…»
В Зильварене ради воды ты готов был умереть… чтобы выжить.
В Ивелии вода просто падала на тебя с неба.
Мне хотелось выть.
Вдруг толстый облачный покров прорвался, и я увидела мелькнувшее в прорехе полуночное небо: на черном фоне заискрилась пригоршня белых огоньков. Не хотелось задавать вопросы, но зрелище это заворожило меня так, что перехватило дыхание.
– Что это? – прошептала я. Мне необходимо было знать.
Кингфишер обошел вокруг своего коня, тоже глядя в небо.
– Звезды, – сухо ответил он. – Их там миллиарды миллиардов, больше, чем может осмыслить любой разум. Такие же солнца, как те, что светят над Зильвареном.
– Значит, они невероятно далеко? – выдохнула я, охваченная священным трепетом.
– Ртуть решает эту проблему – благодаря ей мы можем путешествовать по разным планетам. По мирам, которые вращаются вокруг всех звезд.
Он сказал это так просто… Но ведь это означало, что Зильварен находится не за какой-то таинственной сказочной дверцей, которая открывается по волшебству. Мой дом был там, вверху, среди звезд. Я смотрела на огоньки величиной с булавочную головку, гадая, какие из них – Балеа и Мин, два наших солнца. Но облака снова сомкнулись, закрыв небо, и в груди защемило от тоски.
– Садись, – кивнул Кингфишер на кобылу. Воин казался сгустком тьмы, лишь руки и лицо белели в ночном мраке, пока он деловито прилаживал две большие дорожные сумки к седлу своего коня.
– Мы не можем сейчас уехать. Нужно дождаться Рэна. – Мои слова утонули в облаке пара, вырвавшись вместе с ним изо рта.
Кингфишер снова обошел коня, и тот переступил копытами, словно собирался его лягнуть. Зверь был огромный, черный, как грешная душа, и в глазах его поблескивало то же безумие, что и у Кингфишера. Тот сердито рыкнул на него, и вороной зафыркал клубами пара, затряс головой, явно передумав лягаться.
– Рэн догонит, у нас на такие случаи есть условленное место встречи. Так ты сядешь в седло или мне тебя туда закинуть?
– Снег идет. Я же замерзну до смерти…
У Кингфишера в руках откуда ни возьмись появился сложенный кусок какой-то ткани. Его глаза сердито сверкнули, ноздри раздулись, когда он протянул мне этот сверток:
– Вещица тяжелая. Тебе было бы удобнее сначала сесть на лошадь, но раз уж ты раскапризничалась и отказываешься выполнять приказы…
– Приказы выполняют солдаты. Я тебе не солдат.
– Поверь, я это заметил. Держи. Давай помогу.
Я считала, что его помощь мне не требуется, но оказалось, что пальцы у меня совсем окоченели и плохо слушаются, а здоровенный кусок ткани, который он мне дал, не имеет ни начала ни конца, так что невозможно понять, как это надеть… В итоге Кингфишер сам его расправил и накинул мне на плечи одним ловким движением. Это был плащ – толстый, провощенный, с мягчайшей меховой подкладкой. В нем стало так тепло и уютно, что я чуть не разрыдалась. Мороз мгновенно перестал кусаться, впиваясь в меня до костей, только пощипывал теперь лицо и руки.
Я ойкнула, когда Кингфишер взял меня за талию и поднял на седло. Моя лошадь была поменьше, гнедой масти, и сразу вывернула шею назад, норовя меня укусить.
