Читаем Ртуть онлайн бесплатно

Я сидела на кровати. На роскошной кровати с балдахином и четырьмя массивными столбами, украшенными рельефными изображениями волков, птиц и драконов. Постельное белье было черным, так же как и подушки-думки, целой горой набросанные в ногах. В совокупности с черной одеждой в шкафу это явно указывало на…

Я похолодела. И в тот самый момент, когда сделала глубокий вдох и ощутила запах мяты, поняла, что влипла по уши.

– Глядите-ка. Живая, – прозвучал тихий голос.

Я не заметила кресло с загнутыми вперед краями спинки в тени задернутой шторы. И не сразу разглядела в нем темный силуэт фейрийского мужчины, который сидел там, закинув ногу на ногу и переплетя пальцы рук. Но я и так уже знала, кто это. Волосы Кингфишера пребывали в некотором беспорядке, завитки выгибались в разные стороны. Лицо казалось белым как мел в контрасте с черной одеждой. Собственно, он весь состоял из контрастов. Даже на расстоянии десятка шагов я видела засохшие пятна черной гнойной крови у него на шее и щеках. Однако выглядел он вполне расслабленным. Поза была непринужденная, вид скучающий, но исходившую от него силу я ощутила как удар в лицо. Он смотрел на меня полыхавшими зеленым огнем глазами так пристально, что мне захотелось отодвинуться подальше. Вместо этого я стиснула зубы, стараясь заранее подавить бурю эмоций, уже поднимавшуюся внутри.

– Я ни в чем не виновата, – сказала я.

Кингфишер нахмурился:

– Я тебя ни в чем и не виню.

– Ты смотришь на меня осуждающе. – Я натянула одеяло повыше, прикрыв грудь, и вцепилась в него так, будто это был боевой щит, который мог меня заслонить от хозяина спальни.

– Возможно, тебе так кажется, потому что у тебя совесть не чиста?

– С моей совестью все в порядке. У меня дыра в боку и что-то с ногой, потому что ты притащил меня туда, где бешеные фрики вламываются в окна и калечат все живое.

– Фидеры, а не фрики. И ты не покалечена, – спокойно сказал он. – У нас здесь работают лекари высочайшего класса. Даже лучше, чем в Зимнем дворце. Насущная необходимость и преимущество жизни на окраине зоны боевых действий. Не надо набирать новых бойцов, если можешь вырвать старых из лап смерти.

Я мрачно уставилась на него:

– Как ты там говорил? Чтобы уцелеть, я должна держаться поближе к тебе? Ну, вчера вечером я была так близко, что ближе некуда, разве что не на коленках у тебя. И вот что случилось – на нас напали прямо в твоем гребаном доме!

– Пф-ф, – пренебрежительно фыркнул он, повертев пальцами пуговицу на рубахе. – Тоже мне нападение. Четыре шаловливых разведчика устроили вылазку, на возвращение из которой у них не было никаких шансов. Это больше не повторится.

– Ты не можешь ничего гарантировать.

– Могу. В за́мке не было охраны после нашего приезда. Рэн хотел отправить сюда целый отряд своих бойцов, чтобы патрулировали окрестности и в случае чего избавили нас от визита нежданных гостей, но я ему запретил. Я не знал, что фидеры так…

– Обнаглели?

– Оголодали. – Он коснулся языком острия одного из верхних клыков, глядя на меня. – Одной из них ты дала отпор.

– Двоим, – поправила я.

Раз уж решил похвалить меня, не надо искажать факты.

– Впечатляюще. – Если это и был комплимент, его насмешливый тон все обесценил.

– Для девчонки? – горько уточнила я.

Он вскинул черную бровь:

– Для человека.

– О, да идите вы, ваше фейрийское величество! Что ты вообще имеешь против людей? – разозлилась я. – Ты нас так яростно ненавидишь, а на самом деле у нас больше сходства, чем различий.

Он опять презрительно фыркнул, поднялся с кресла и приблизился к кровати. Остановившись напротив меня, протянул руку и задумчиво намотал на указательный палец прядь моих волос.

– Нет у нас никакого сходства, – тихо сказал он. – Ты чуть не умерла от царапины, которую я на себе и не заметил бы. Ты хрупкая. Непрочная. Уязвимая. Ты как новорожденный олененок, который бредет, спотыкаясь, на дрожащих ногах во тьме, кишащей хищниками с острыми зубами. Я тоже там, неподалеку. Но по другую сторону тьмы. Я тот, кто наводит ужас на монстров, которые сожрали бы тебя с потрохами, не оставив и костей.

Почему он на меня так смотрел в тот момент? Взгляд был тяжелый, пристальный, но его лицо ничего не выражало. Я не могла догадаться, о чем он думает, перебирая пальцами мои волосы, так близко от щеки. У меня еще слегка кружилась голова от яда фидеров. Должно быть, яд искажал восприятие действительности, потому что мне почудилось, что Кингфишер хотел погладить меня по щеке, но сдержался.

– Это твоя спальня? – прошептала я.

Он стремительно отдернул руку и застыл на месте, слегка приоткрыв рот, будто удивлялся самому себе и не понимал, как это его угораздило подойти так близко и прикоснуться к моим волосам. Но уже в следующий миг его лицо посуровело. Ну почему он ведет себя настолько странно? Что с ним такое? Я открыто спросила его, что он имеет против людей, и теперь не могла избавиться от подозрения, что дело вовсе не в людях как таковых. Он что-то имеет конкретно против меня.

– Да, – отозвался Кингфишер. – Тебя нужно было срочно уложить на кровать. Моя спальня оказалась ближе всего.