Читаем Ртуть онлайн бесплатно
Забавно, но, несмотря на все тяготы, нищету, безнадежность и лютую жару, сопровождавшие меня с самого рождения в Зильварене, хотелось все-таки задержаться тут подольше.
Мы поднимались по бесконечным лестничным пролетам, Харрон подталкивал меня в поясницу, если я оступалась или замедляла шаг. Наконец мы оказались над уровнем земли, и передо мной предстали интерьеры королевского дворца: сводчатые потолки, колонны, арочные ниши с реалистичными до мурашек портретами, с которых на меня смотрели суровые мужчины и женщины, вероятно предки Мадры. Ничего более грандиозного я в жизни не видела, но у меня кружилась голова, перед глазами плавали темные пятна и не хватало сил оценить это великолепие. К тому же я шла навстречу собственной гибели. Просто удивительно, насколько близость смерти отбивает желание любоваться красотами декора.
Казалось, наша экскурсия по дворцу будет длиться вечно. На самом деле я ковыляла так медленно, что Харрон три раза угрожал закинуть меня на плечо и тащить вниз головой, если я не прибавлю шаг. Когда же я зашаталась и начала падать, а похожий на огромную пещеру холл внезапно закружился, превратившись в сферу из огней и ярких красок, Харрон грубо вздернул меня на ноги. А потом, к моему изумлению, снял с плеча большую солдатскую флягу и ткнул ею мне в живот.
Я схватила емкость и дрожащими от нетерпения пальцами принялась отвинчивать крышку.
– Я в шоке! Неужели капитан гвардейцев станет тратить воду на умирающую преступницу?
– Точно. А ну, отдай, – буркнул он.
Но я уже пила из горлышка. Я испытывала такую страшную жажду, достигла такой степени обезвоживания, что вода ощущалась как жидкий огонь, но мне было плевать на жжение внутри. Я глотала, глотала, глотала, пытаясь часто дышать носом, чтобы не прерываться и не задохнуться в этом потоке.
– Эй, эй, не торопись! Плохо будет, – предупредил Харрон.
Он понял, что я не собираюсь возвращать флягу, и попытался выхватить ее у меня из рук, но я проворно отскочила.
– Да ты уже все вылакала! – проворчал он.
Лишь после этого я опустила флягу.
– Какая неприятность! Дай-ка угадаю: теперь тебе придется тащиться в другой конец дворца, чтобы ее заново наполнить из-под крана, да, Харрон? У меня сердце кровью обливается, до чего тебя жалко! А скажи-ка, ты когда-нибудь пробовал прожить хоть денек на питьевом рационе, установленном для нас Мадрой?
– По воле
– Речь не о Ступице и не о богатеньких внутренних секторах. Ты хоть знаешь, сколько воды она отмеряет в день нам, в Третьем?
– Я уверен, что более чем достаточно…
– Две горсти. – Я ткнула опустевшую флягу ему в живот с такой силой, что он шумно выдохнул весь воздух. – Две. Горсти. И мы набираем воду не из-под крана, куда она подается, чистенькая, по водопроводу, а из отстойников, куда поступают ваши стоки. Ты понимаешь, что это значит?
– Там же есть система фильтрации…
– Там есть
Лицо Харрона оставалось непроницаемым, но мне почудилось, что в его глазах мелькнуло что-то похожее на отвращение. Он расправил плечи, затем наклонил голову и перекинул через шею ремешок фляги.
– Если советники королевы считают, что фильтрационная система в Третьем секторе выполняет свое назначение, стало быть, так оно и есть. И как по мне, ты выглядишь вполне здоровой для девицы, которая якобы пьет грязную воду.
Признание в преступлении уже вертелось у меня на языке: «Если я кажусь тебе вполне здоровой, так это потому, что я всю свою жизнь ворую чистую воду из резервуаров Ступицы». Но мне удалось вовремя прикусить язык. Я и так была по шею в дерьме – добавлять к списку обвинений еще и кражу воды не стоило. Кроме того, нельзя было забывать о Хейдене и Элрое. Ведь им и дальше придется тайком откачивать чистую воду, чтобы выжить, а если гвардейцы хоть на секунду заподозрят, что это в принципе возможно, то перекроют все пути к резервуарам.
Харрон снова подтолкнул меня в спину, но теперь каменный пол у меня под ногами уже перестал качаться, и я двинулась вперед немного увереннее.
– Люди твоего круга носят мешочки-обереги на поясе, потому что боятся недугов, – заговорила я. – Они думают, наш сектор закрыт и так надежно охраняется, потому что мы все больны и должны соблюдать изоляцию. Они считают, мы заразны. Но мы не заразны, капитан. Нас медленно и методично травят, потому что наши жизни не имеют значения. Потому что мы задаемся вопросами и задаем их. Потому что мы способны выражать протест. Потому что Мадра считает нас обузой для города. Она заставляет нас пить неочищенную сточную жижу, и от этого мы умираем сотнями. А тем временем таким, как ты, достаточно просто повернуть кран, и в их фляги польется чистая, свежая вода. И никто в этот момент не встанет у них – у тебя! – за спиной, не ударит по рукам, не заорет в ухо: «Хватит!» Ты когда-нибудь задавался вопросом почему?..
– Мне платят не за то, что я задаюсь вопросами! – резко перебил меня Харрон.
