Читаем Ртуть онлайн бесплатно
– Иди ко мне, – сказал он.
– Что?..
– Не заставляй меня тебя тащить. – Его голос звучал устало, но в нем слышались игривые нотки.
Он хотел, чтобы я легла рядом. Я решила обдумать это со всех сторон утром, поскольку и сама умирала от изнеможения, поэтому немедленно растянулась на кровати и впервые за четыре часа с наслаждением распрямила затекшие ноги. Я тоже перевернулась на бок, очень постаравшись улечься так, чтобы не касаться Кингфишера никакой частью тела, но он обиженно запыхтел, обнял меня сзади одной рукой, положив ладонь мне на живот, и притянул к себе, так что я уперлась спиной в его торс. Тепло, исходившее от его тела, было восхитительно приятным. Я чувствовала лопатками биение его сердца – медленное и ровное, – ощущала, как его грудь вздымается с каждым вздохом. Оникс в изножье кровати уютно заворчал и зарылся глубже под одеяло.
Это было… что-то новенькое.
Что-то удивительным образом изменилось.
Рука Кингфишера скользнула под мою рубаху и осталась там, на моей коже. В этом не было ничего сексуального – простой телесный контакт, проявление приязни, близости.
– Мою мать тоже убили, – прошептал он чуть слышно. – У нас общая беда, Оша.
Я хотела расспросить его о матери, но он уже заснул.
Было еще темно, когда я проснулась. Не сразу вспомнила, где я и кто так тесно ко мне прижимается. А потом замерла, затаив дыхание, отчетливо осознавая, что твердый член упирается в мою задницу и что Кингфишер наверняка тоже проснулся. Я достаточно часто делила постель с разными людьми, чтобы научиться определять по ритму дыхания, в сознании человек или нет. Дыхание фейри было слишком глубоким и размеренным для спящего. Я почувствовала, как он напрягся у меня за спиной.
«Сейчас он встанет и выйдет из спальни».
«Сейчас он отвернется и заявит, что не хочет меня здесь видеть».
«Сейчас он скажет какую-нибудь гадость, чтобы я сама ушла».
Я перебирала возможные варианты развития событий, один ужаснее другого, и нервы совсем уже разыгрались, но… ничего из того, что я навоображала, не случилось. Рука Кингфишера была по-прежнему у меня под рубашкой, пальцы слегка согнулись, расслабившись во сне. Отрез ткани, которым я туго перевязывала бюст, задрался и распустился за ночь, так что теперь костяшки пальцев Фишера касались моей левой груди. Медленно, но целеустремленно он раскрыл ладонь и положил ее мне на ребра. Я прикусила губу, внезапно запаниковав, сердце бешено забилось, когда он провел кончиками пальцами снизу по моей груди, едва касаясь кожи…
Словно спрашивал: «Ты этого хочешь?»
Мне предлагался выбор. Если бы я дернула плечами и отстранилась – знаю, он убрал бы руку и отпустил меня. Мы оба встали бы с постели и прожили день как обычно. На этом все и закончилось бы. Дверь между нами закрылась бы навсегда.
Или…
Катись все в пропасть. Я выбрала «или».
Не хотела закрывать эту дверь.
Сделав судорожный вздох, я выгнула спину, прижавшись задницей к его члену. Боги и грешники, он был охренительно твердым. Фишер хрипло застонал, обдав дыханием мою шею, и у меня по спине побежали мурашки. Его ладонь надавила под грудью сильнее. Я закрыла глаза, прислушиваясь к ощущениям, наслаждаясь предвкушением того, что должно было сейчас произойти.
Словно сговорившись, мы оба хранили молчание. Фишер не спешил – он как будто давал мне время передумать. Придвинулся сзади теснее, покачивая бедрами. Показывая, насколько он возбужден и что собирается делать дальше.
Я уже знала, каково это – ощущать его внутри, но в этот раз все начиналось не так, как в нашу первую ночь. В этот раз было обещание большего. Нараставшее между нами напряжение пронизывала энергия иного свойства. Я чувствовала, как она распространяется по поверхности кожи, ощущала ее везде и сразу; она обжигала меня там, где его руки касались моего живота.
Я снова изогнулась, и огненная дрожь прокатилась по позвоночнику, когда Фишер ткнулся лбом мне в затылок и застонал.
Я хотела его. Хотела больше, чем вернуться домой. Боги и мученики, никудышная из меня сестра. Я нужна Хейдену. Нужна Элрою. Но в тот миг запах морозного рассвета и мяты затопил для меня весь гребаный мир, полностью лишив здравого смысла. Я была неспособна чувствовать вину. Потом у меня будет уйма времени всецело ее осознать. Потом. А сейчас…
Фишер слегка коснулся носом моего уха, и у меня вырвался стон. Как описать ощущение от тяжелого дыхания такого мужчины рядом с тобой, от жара, овевающего твой висок? Сначала меня охватила дрожь. Она началась в области шеи и распространилась дальше, отозвалась покалыванием в затылке, пробежала холодными и горячими волнами по спине, расплескиваясь на каждом позвонке, будто ручей скакал по камешкам. Достигнув крестца, дрожь превратилась в нечто иное. Набрала силу. Сгустилась в низу живота в обжигающий шарик боли, который заметался там, обжег внутреннюю сторону бедер, так что мне пришлось стиснуть ноги, чтобы его удержать.
Дрожь.
Боль.
И потом – желание.
Внутри меня разбушевался такой вихрь энергии, вожделения и страсти, что захотелось вскочить, заорать, что-нибудь разнести вдребезги.
