Читаем Ртуть онлайн бесплатно
– Мы не знаем, как она это сделала, но ты права: Мадра должна была умереть от старости много столетий назад. Должно быть, там задействована какая-то магия, но опять же мы не знаем, кто ей помог и почему. Мы также не представляем, откуда ей стало известно про то, что алхимерийский меч может усыпить живое серебро, ведь эта тайна оберегалась многими поколениями нашего народа. Однако необязательно быть фейри или обладать каким-то особым даром, чтобы закрыть переходы между мирами. Меч сделал это сам. Насколько мы поняли, когда один ртутный резервуар активирован, ртуть просыпается и во всех остальных. Порталы связаны своего рода… – Эверлейн нахмурилась, подбирая сравнение, – энергетическими линиями, пожалуй. И если такой меч, как Утешитель, погрузить в ртуть, он погасит эту энергию, разрывая связи. Порталы оставались «замороженными», пока ты не извлекла Утешитель. Многие члены ивелийского двора, чьи-то друзья и родственники, были в исследовательских экспедициях, искали новые пути к новым землям внутри недавно открытого портала, когда Мадра запечатала входы и выходы. Все эти фейри попали в ловушку там, где в тот момент находились. С тех пор их никто не видел.
– А есть ли надежда… что кто-то из них еще жив? Я ничего не знаю о продолжительности жизни фейри. Ведь представители твоего народа живут довольно долго, верно? Сколько тебе лет?
Эверлейн издала смешок и прикрыла рот рукой, а я не знала, почудилось мне или она и правда пришла в некоторое замешательство.
– Вообще-то у нас не принято обсуждать такие вещи, – сказала девушка, – но мы ведь с тобой еще толком не изучили придворный этикет…
– Прошу прощения. Ох, нельзя было совать нос куда не следует. Мне ужасно неловко…
– Нет-нет, ничего страшного, – покачала она головой. – Мы общаемся всего пару дней, но я проводила подле тебя много времени, когда ты была в беспамятстве, и уже привыкла к мысли, что мы друзья. Мне нравится так думать.
– Мне тоже, – сказала я, и это была чистая правда. Я действительно думала об Эверлейн как о подруге и была рада услышать, что это взаимно. В конце концов, обзавестись другом во дворце, населенном врагами, – дело не лишнее.
– Что ж, теперь, когда мы с этим разобрались, – заулыбалась Эверлейн, – позволь сначала задать встречный вопрос: сколько мне лет, на твой взгляд?
– Будь ты человеком, я бы сказала, что ты чуть старше меня. Может, двадцать семь или двадцать восемь.
– О боги… – Глаза Эверлейн округлились. – Тогда ты, наверное, сильно удивишься. – Она сделала глубокий вдох. – Я родилась в самом начале десятой эры и прожила одну тысячу четыреста восемьдесят шесть лет.
– Одну тысячу… – Я чуть не подавилась. Эверлейн почти
Эверлейн смотрела на меня, и на ее губах играла легкая улыбка. Она несколько секунд молчала, и все это время я мысленно проклинала себя за то, что дала волю своему неуемному любопытству. Но потом она все же ответила:
– Следовало бы сказать, что ты должна спросить об этом его самого. Я не имею права делиться такими сведениями. Мы часто и сами не знаем, сколько лет тем или иным представителям нашего королевского двора. Но мне прекрасно известно, сколько лет Кингфишеру, и отправлять тебя с этим вопросом к нему было бы с моей стороны жестоко. Он все равно не сказал бы тебе правду, да еще и высмеял бы за то, что ты осмелилась спросить. Кингфишер родился в конце девятой эры. Это поможет тебе догадаться о его возрасте?
– Не знаю, сколько длятся ваши эры… В любом случае, я не уверена, что мне это поможет. Он выглядит лет на тридцать по человеческим меркам, так что, наверное, ему… – Боги, у меня язык не поворачивался произнести это безумное число.
– Ну же, – подбодрила меня Эверлейн.
– Гм… Не знаю… Тысяча восемьсот?
– Неплохо! Почти угадала. Ему одна тысяча семьсот тридцать лет.
– Одна тысяча семьсот тридцать три, – раздался позади глубокий низкий голос.
Адреналин волной хлынул по моим венам, встряхнув так, что я чуть не грохнулась со стула. Я быстро обернулась: в нише библиотечного зала, объятый сгустившейся тьмой, стоял Кингфишер. Тени, неведомо откуда взявшиеся в этом залитом светом помещении и казавшиеся чудовищно неуместными, скрывали половину его тела. Он внимательно разглядывал собственные ногти. Серебряная морда волка посверкивала в солнечных лучах на латном воротнике.
– Плюс-минус три года – какое это имеет значение для родственников, все же свои, верно? – Кингфишер отделился от стены в нише и ступил на свет. – Я понимаю, сложно уследить за временем, когда тебя все время отвлекают какие-то бабочки-однодневки. – Он улыбнулся сестре, не разжимая губ. – Рад был услышать, Лейн, что ты наконец-то сочла возможным поделиться кое-какими секретиками со своей домашней питомицей. Однако я слегка шокирован тем, что секретик оказался моим.
