Читаем Ртуть онлайн бесплатно
В комнате был очень высокий потолок. На окнах висели темно-зеленые шторы. Мебель была основательная, из темного дуба: платяной шкаф возле двери, комод со множеством выдвижных ящиков, еще один шкаф у окна и ряд полок, уставленных книгами. Ковер, на котором я раскорячилась, был серо-голубым. Плюшевым. Так приятно было зарыться в него пальцами ног…
Ой.
Я снова обхватила ведро, и меня вырвало еще раз. И еще. К тому времени, когда я ведро отодвинула, мышцы живота противно саднили.
– Это называется «великое очищение», – прозвучал мужской голос.
Пока я блевала, Таладаюс открыл дверь в комнату и теперь стоял на пороге, прислонившись плечом к косяку и скрестив руки на груди. Судя по веселой улыбке, мои страдания его забавляли.
Вампир.
Подручный Малькольма.
Я быстро окинула взглядом комнату в поисках оружия и вдруг поняла, что на мне из одежды только постыдно короткие узкие шортики из черного шелка и такая же майка, не оставляющая простора воображению. Охнув, я забыла про оружие и принялась выискивать взглядом то, чем можно прикрыться.
Таладаюс, посмеиваясь себе под нос, пересек комнату, снял с узорчатой ширмы у окна халат, подошел к кровати и протянул его мне, старательно отводя взгляд.
– Твое тело за последнее время подверглось коренным изменениям, – сказал он. – Лекари сходятся во мнении, что ты сможешь снова принимать нормальную пищу, но не сразу, а как минимум через несколько дней. Когда я совершил переход, мне понадобилось полгода, чтобы перестать плеваться каждым куском обычной еды, который я пытался проглотить, как будто это были клубки из волос.
Я быстро накинула на плечи халат, выдернув его из рук Таладаюса, и сморщила нос – где-то в глубине носоглотки возникло неприятное жжение.
– Ты сказал, что совершил переход. Что это значит? – резким тоном спросила я.
Таладаюс склонил голову набок, с жалостью глядя на меня:
– Ты ведь прекрасно понимаешь, что это значит. Разве нет?
Переход – превращение в вампира.
В вампира.
В вампира…
Я не отвела глаза. Смотрела на него, отказываясь признавать реальность.
– Я не такая, как ты.
Таладаюс покивал, сунув руки в карманы, и поводил по ковру мыском изящной туфли из выделанной кожи.
– О, я знаю, Сейрис. Безо всяких сомнений, – тихо проговорил он.
– Почему ты сказал это таким тоном? – нахмурилась я. – Что не так?
– Посмотри сама. – Вампир с безупречно подстриженными серебристыми волосами и странными добрыми глазами кивнул на ростовое зеркало у стены.
Я настороженно приблизилась к раме, обхватив себя руками за плечи и приготовившись неизвестно к чему. Боялась даже думать, узна́ю ли свое отражение… Но я узнала. Разве что лицо немного осунулось и тени залегли под глазами, но в остальном я была собой, все той же Сейрис Фейн. У меня были те же темные волосы. Те же голубые глаза. Те же…
Я замерла. И повернула голову.
Уши.
У моих ушей появились острые кончики. Они торчали между прядями спутанных волос так уверенно, как будто я с ними родилась. Я открыла рот, чтобы выругаться, увидела свои зубы – и сердце заколотилось как бешеное. Клыки. У меня были очень длинные верхние клыки. И крайне острые на вид.
– Я…
Он вежливо улыбнулся, но покачал головой:
– Насколько мы можем судить, ты полувампир-полуфейри. Ничего подобного никто из нас никогда прежде не видел. При этом пока что мы не можем сказать, какие именно черты ты переняла у вампиров и какие – у фейри. Однако все наши лекари как один уверены, что ты больше не человек.
Не человек.
Не полноценный вампир.
Не совсем фейри.
Мне с трудом удалось захлопнуть разинутый рот. Я заставила себя отойти от зеркала и крепко зажмурилась. Сейчас осмыслить услышанное не представлялось возможным. Мне необходим был мой супруг.
– Где Фишер?
Таладаюс пожал плечами и сделал вид, что с интересом разглядывает замысловатую лепнину на потолке:
– О, я не в курсе. Где-то тут, поблизости, полагаю.
– Он ранен? Он…
– Не волнуйся, Сейрис, с ним все хорошо. Он скоро тебя навестит.
Верить вампиру я была не очень-то расположена. Опустив взгляд на свои руки, я убедилась, что знаки на месте и по-прежнему оповещают мир, что мы с Кингфишером принадлежим друг другу, после чего постаралась дотянуться до него в своем сознании. Через пару секунд усилия были вознаграждены – возникло чувство напряжения, полной сосредоточенности. Оно исходило не от меня – от Кингфишера. Он был недалеко. Совсем рядом. И все его внимание было поглощено каким-то важным делом, требовавшим предельной концентрации. Но никаких болезненных ощущений или тревоги я там не заметила, и это позволило вздохнуть с некоторым облегчением. Похоже, Таладаюс все-таки сказал правду.
– Где мы находимся? – спросила я, на всякий случай обойдя кровать так, чтобы она оказалась преградой между мной и вампиром. – И куда подевался Утешитель? Мне нужен мой меч.
– Кингфишер сказал мне, что хочет сам тебе сообщить, где мы находимся, – ответил Таладаюс.
