Читаем Ртуть онлайн бесплатно
– Что? Но… почему? – Я прищурилась, пытаясь прочесть его истинные намерения. Таладаюс казался расслабленным и беспечным, ничто в его поведении не говорило о том, что у него есть тайные причины скрывать место нашего пребывания. И меня это насторожило еще больше. Я пересекла спальню, кутаясь в халат, и резко раздернула шторы.
Глаза резанула боль. За окном почти стемнело – последние лучи заходящего солнца растворялись на линии горизонта, но ощущение от вечернего тусклого света было такое, будто мне вломили кузнечным молотом по голове.
– О-о-ох!
Таладаюс, благоразумно держась в тени, деликатно отвел мою руку от штор и плотно задернул их.
– Скоро ты уже будешь переносить свет гораздо лучше, чем вампиры. Твоему организму просто нужно приспособиться. А как у тебя дела с памятью? Ты что-нибудь помнишь о Гиллетрае, Сейрис?
От прозвучавшего названия у меня по спине побежали мурашки.
– Мы… сражались там. Против Малькольма, Беликона и Мадры. Еще была монета. Я ее подбросила…
– Что было дальше?
– Дальше… – Я уставилась на Таладаюса, холодея от ужаса. – Малькольм смертельно ранил меня. Я его убила. Подоспели вы с Фишером. А потом…
– А потом я тебя укусил, – кивнул Таладаюс и быстро отвел взгляд, будто ему вдруг сделалось неловко. – Я заблокировал в твоей памяти воспоминания обо всем, что случилось после этого. Трансформация – тяжелый, болезненный процесс, и тот вампир, который провел обращение, может поставить ментальную защиту, чтобы уберечь своего подопечного от лишних…
– Разблокируй, – перебила я. – Убери защиту немедленно.
Таладаюс нахмурился, будто хотел отказаться, тем не менее кивнул:
– Если ты уверена в своем желании, я сниму защиту, но воспоминания о переходе могут нанести тебе душевную травму…
–
– Как скажешь.
Ему даже не понадобилось прикасаться ко мне. Только что я ничего не помнила после того момента, когда зубы Таладаюса впились мне в основание шеи. Ужасы, последовавшие затем, были окутаны туманом. А теперь туман в мгновение ока рассеялся. Я вспомнила.
Укус Таладаюса.
Кингфишер несет меня на руках, открывает теневой портал. Я лечу по лабиринту к резервуару со ртутью. Следует короткий, но содержательный разговор с Заретом. Кингфишер достает меня из ртутного портала. Они с Кэррионом о чем-то спорят так, будто вот-вот сцепятся и убьют друг друга.
Лоррет сидит у кровати, на которой я лежу. Он играет на каком-то струнном инструменте и тихо поет мне, пока я извиваюсь и мычу от боли.
Три дня я металась на этой кровати, в этой спальне, и умоляла Кингфишера прикончить меня, потому что не могла больше терпеть боль ни секунды.
А потом… я кого-то… укусила.
Мой взгляд метнулся к шее Таладаюса.
Я укусила
Он все прочел по моему лицу и улыбнулся. Склонив голову, показал мне шею с гладкой, безупречной кожей.
– Ты не причинила мне вреда, – сказал он. – Всего лишь поцарапала слегка.
– Почему я это сделала? – Я прижала ладонь ко рту, уже зная ответ, но страшась еще раз взглянуть в зеркало на свои зубы и принять эту истину.
– Кингфишеру уже пора быть здесь. – Таладаюс направился к двери.
– Нет, постой! Мне… – Я не знала, как ему сказать. – С одной стороны, я понимаю, что надо поблагодарить тебя за то, что ты спас мне жизнь.
– А с другой?
– С другой… хочу убить тебя за то, что ты это сделал, – прошептала я.
Вампир кивнул, разглядывая мыски своих кожаных туфель:
– Я долгое время чувствовал то же самое. Столетиями ненавидел себя за то, кем я стал, и жаждал уничтожить Малькольма. Я отчаянно хотел умереть, исчезнуть навсегда из этого мира.
– Что заставило тебя передумать?
Таладаюс улыбнулся – очень грустной улыбкой:
– Я не передумал. Просто мне не дали шанса уйти. Малькольм не отпустил. Однажды я пытался покончить с собой, и он запретил мне это делать впредь. А его слово было законом.
– Но теперь он мертв…
– И я свободен. – Таладаюс переступил с ноги на ногу. – Я еще не до конца осмыслил, что это для меня означает. Но в последнее время жить становится все интереснее. – Он смерил меня взглядом и слегка нахмурился, будто взвешивал то, что собирался сказать. Помолчав, продолжил: – Вечность может быть разной, алхимик. В раю. Или в аду. Тебе предложены два варианта бессмертия. Десять раз подумай, прежде чем выбрать свой.
Я заморгала, пытаясь примириться с новой версией Кэрриона Свифта, стоявшей передо мной.
Та же копна медно-рыжих волос в художественном беспорядке. Те же голубые глаза и плутовская улыбочка.
А еще остроконечные уши. Длинные верхние клыки. И заметная прибавка в росте.
Я толкнула его в грудь.
– Эй! Это еще за что? – возмутился он.
– За то, что ты конченый придурок! – Я нацелила палец ему в лицо. – Я знаю тебя с пятнадцати лет!
Он развел руками:
– И что? Я знаю тебя с тысячи восьмидесяти шести. Ну, кто победил?
– Как можно было не сказать мне, что ты наследник гребаного фейрийского престола?!
– Ну, знаешь, Фейн, о таких вещах болтать налево-направо как-то не принято. И в любом случае бабуля взяла с меня обещание хранить это в тайне.
– Ага, только она тебе, похоже, не бабуля!
Кэррион Даянтус поморщился:
