Читаем Ртуть онлайн бесплатно
Плохи были мои дела: я уже не могла говорить. Голова кружилась – от недостатка кислорода и от неодолимого желания, охватившего все тело. Я хотела его отчаянно. Но еще я хотела понять и саму суть этого чувства, завладевшего всем моим существом. При каждой нашей встрече Кингфишер вел себя как последний мерзавец, я могла бы сосчитать на пальцах одной руки каждое его слово, сказанное без издевки или презрения. Но было в наших отношениях и нечто другое, вызывавшее у меня влечение. Что-то тянуло меня к нему, завлекая в незримую ловушку. В глубине души я понимала, что Кингфишер и есть эта ловушка и что мне уже не выбраться…
Мир вокруг померк, остались только мы вдвоем. Вернее, я и пара гипнотических глаз, мерцающих живым серебром и зеленью. Кингфишер склонился еще ниже ко мне, его губы почти касались моих.
– Когда я войду в тебя целиком, не забывай дышать, Оша.
Он отпустил мою шею – в легкие хлынул воздух, и голова пошла кру́гом.
На то чтобы прийти в себя, времени не осталось. Надо было бы снять сапоги, освободиться от одежды, но я имела дело с самым нетерпеливым самцом в Ивелии. Сначала черный дым заструился от его рук, затем заклубился за плечами. Дым взялся неведомо откуда, я не понимала его природу. Единственное, что мне было известно, – тот же дым совсем недавно разметал вампирскую орду на ледяной поверхности реки, а теперь он стелился по мне, обволакивая все тело…
Дым исчез, когда я уже занервничала, а вместе с ним – вся моя одежда до последней нитки. Кингфишер отстранился, чтобы обозреть результат своих трудов, и прошелся вожделеющим взглядом по мне с ног до головы три раза, будто одного ему было мало.
– Жду не дождусь, когда услышу звуки, которые ты издашь, как только я войду в тебя впервые, – прошептал он. – Я заставлю тебя стонать и задыхаться, Оша. А после того как все закончится, я буду закрывать глаза и проигрывать эти звуки в голове всякий раз, когда стану ублажать сам себя.
Боги… От одной мысли о том, что он себя трогает…
Греховный образ, который начал складываться в моем воображении, разлетелся вдребезги, потому что Кингфишер перешел к действию. Он подхватил меня на руки, так что ноги оторвались от пола, и в следующий миг я уже летела на кровать. Невесомое чувство падения в бездну, холодок в солнечном сплетении – и секунду спустя меня поймала мягкая перина, прохладный шелк простыней заскользил по коже. Горло перехватило от нового приступа паники, едва мой взгляд снова метнулся к Кингфишеру. Я увидела огромного черноволосого фейрийского воина, запорошенного пеплом и золой. Он стоял в изножии кровати и медленно расстегивал пояс на штанах, глядя на меня голодным взглядом хищника. И снова инстинкт самосохранения велел мне спасаться бегством.
«Не двигайся. Оставайся на месте, Сейрис. Ради всего святого…» – приказала я себе.
В моем мире, в Зильварене, у чудовищ не было возможности затаиться во мраке. Они использовали мимикрию и всякие уловки, чтобы незаметно подобраться к жертве, а потому нам поневоле пришлось развить быстроту реакции и прежде всего способность вовремя соображать. Когда внезапно оказываешься перед хищником, ведущим охоту, главное – не делать резких движений. Мне отчаянно хотелось вскочить и броситься к двери, но я знала, что так нельзя – это было бы чистым безумием. Потому что Кингфишер мгновенно ринулся бы в погоню с проворством дикого кота. Я вцепилась в простыни, заставив себя не шевелиться, и следила за каждым его движением.
– Поставь пятки на кровать.
Это был приказ, обычный приказ – силы кровного зарока я не почувствовала. Хотя это мало что меняло, учитывая, что деться мне все равно было некуда. Я согнула ноги в коленях, подтянув стопы… и мне показалось, что воздух задрожал вокруг широких плеч Кингфишера от какой-то мощной энергии. Медленными, дразнящими движениями он спустил штаны, покрытые грязью и копотью битвы.
Боги немилосердные… Нижнего белья на нем не было, но не это меня удивило. Я обалдела при виде размеров его эрегированного члена. Все фейри такие могучие? Или только ивелийцы? Или же один-единственный из них? Сейчас Кингфишер стоял передо мной полностью обнаженный, давая возможность рассмотреть себя получше, и в уголках его рта уже играла самодовольная улыбка. Он был сказочно прекрасен, клянусь пятью преисподними. По рельефу точеных мускулов извивались-перетекали татуированные узоры. Его мужское достоинство было верхом совершенства – незыблемая сталь, шелк и бархат. По всей длине снизу бежала упругая, набухшая вена. У меня закололо в ладонях – так хотелось к нему прикоснуться.
Кингфишер, будто прочитав мои мысли, сам провел рукой вверх-вниз по члену.
– Раздвинь колени, – сказал он.
– Я…
– Не спорь, Оша. Я давно схожу с ума, пытаясь представить, какая ты. Мне нужно это увидеть. Избавь меня от мучений, сделай милость.
Раньше я никогда не отличалась стыдливостью в постели, но тут внезапно смутилась. Кое-как совладав с нервами, я развела колени в стороны.
Кингфишер издал протяжный изумленный стон:
