Читаем Ртуть онлайн бесплатно
Понятия не имею, что за магия там работала, благодаря чему постельное белье всегда было прохладным и свежим, но я пришла к выводу, что это какие-то демонические трюки. Запах Кингфишера пропитал черный шелк и не выветривался. Я чувствовала его – сложный, многослойный аромат морозного зимнего леса – каждую секунду каждого часа каждого дня и в конце концов уже не могла ни о чем думать. Все мои мысли занимал Кингфишер.
Очень хотелось его
И еще я с ума сходила от скуки. Единственным моим спасением был Оникс. Лис появился в спальне вскоре после ухода Кингфишера и с тех пор проводил со мной бо́льшую часть времени. Он сворачивался клубочком у меня под боком и дрых. Он издавал странные звуки, похожие на смех, когда я чесала его за ушами или трепала по холке. Несколько раз в день он соскакивал с кровати и уносился прочь из комнаты, подталкивая носом приоткрытую створку, чтобы распахнуть ее пошире, – видимо, тоже бегал в уборную или добывал себе пропитание. Но он всегда возвращался.
Всякий раз, когда духи огня приносили мне еду, я просила их позвать Кингфишера, но они тупо таращились на меня, пожимали черными плечиками и говорили, что повелитель еще не вернулся. Каждый день после обеда ко мне исправно приходила Тэ-Лена, фейрийская целительница с прекрасной бронзовой кожей и совершенно удивительными, янтарного оттенка, глазами. Она клала ладони мне на живот и «читала мою кровь». Не знаю, что это означало, но от ее рук по моим венам прокатывалась странная, покалывающая волна – не могу сказать, что ощущение было неприятным, – и тело словно бы наполнялось гудением, какое исходит от металла, если ударить по нему молотом. После этого Тэ-Лена виновато улыбалась и говорила: «Еще не время». На четвертый день ее улыбка была уже куда шире, оптимистичнее.
– Всего денек остался, – сообщила она.
– Но я отлично себя чувствую! – Это была чистая правда: с тех самых пор как Кингфишер отбыл в военный лагерь, я чувствовала себя готовой обежать половину Зильварена не запыхавшись и не вспотев, но никто из тех, кто заходил в спальню, не считал это разумным доводом в пользу моей свободы, и меньше всех Тэ-Лена.
– Даже если бы я решила освободить тебя от его требования оставаться здесь, я все равно не смогла бы, – сказала она. – Кровный зарок нельзя преодолеть. Клятва, растворенная в твоей крови, знает, что ты еще не до конца выздоровела, так что она не даст тебе выйти из комнаты. – Целительница ободряюще похлопала меня по плечу. – Но ждать уже недолго. В твоем теле сейчас так мало яда, что я его почти не ощущаю. Тебе надо потерпеть всего сутки.
В последний день заточения завтрак мне вместо огненного духа принес Кэррион Свифт. Он заглядывал и раньше, но так взбесил меня расспросами и хождением по комнате туда-обратно, что я наорала на него и велела убираться к хренам собачьим. После этого он не показывался, а теперь вот опять явился. Кэррион радостно осклабился, глядя на меня поверх подноса с едой, который он водрузил мне на колени. Глаза у него лукаво блестели.
– Выглядишь так, как будто ты вконец задолбалась, – сообщил он.
Вот это было открытие века! Нет, не века – тысячелетия.
– Прикинь, Кэррион, я реально вконец задолбалась.
Он плюхнулся на кровать и вольготно растянулся на ней рядом со мной. От тряски проснулся Оникс и при виде самого разыскиваемого преступника во всем Зильварене тотчас зарычал, оскалив зубы и прижав уши. Но Кэррион не удостоил его вниманием – запыхтел, устраиваясь поудобнее, взбил подушки Кингфишера и подсунул их себе под спину.
– А знаешь, чем можно задолбать
Было очевидно, что он говорит не об Ониксе.
– Даже не начинай, Кэррион!
– Перепихоном на его собственной кровати! Офигенная месть!
Я закинула в рот отрезанный кусочек яблока.
– Ага, точняк. Звучит грандиозно! Нет, дубина, вру. Ты вообще представляешь, что́ он с тобой сделает, если ты с кем-то перепихнешься на его кровати?
Кэррион многозначительно поиграл бровями:
– Я думаю, он об этом никогда не узнает.
Я чуть яблоком не подавилась.
– О, поверь мне, еще как узнает.
Язвительный комментарий Кингфишера на тему «ароматов» отчетливо зазвучал в моей памяти, будто он сам материализовался в комнате и повторил все слово в слово:
– Ну, я бы все равно рискнул вывести его из себя, – пожал плечами Кэррион. – Оно того сто́ит, независимо от кары.
Ха! Это Кэррион просто не видел, как Кингфишер отрубил башку фидеру одним беспощадным движением кисти. Если бы видел, наверняка пересмотрел бы свое заявление.
– Нет! – отрезала я.
Кэррион стянул поджаренный хлебец с моего подноса, с хрустом откусил, и посыпавшиеся крошки волшебным образом растворились в воздухе, не успев коснуться одеяла.
