Читаем Ртуть онлайн бесплатно
Молния когтистой лапой разорвала ночное небо, и когда мы уже бежали вдоль западной оконечности военного лагеря, на нас ледяными потоками обрушился ливень. Рэн и Кингфишер черными призраками мчались сквозь хаос, прямо по тлеющим углям на месте разметанных другими костров, и огибали по пути группы воинов, кативших к замерзшей реке огромные валуны. Кингфишер оглядывался на лету, проверяя, не надо ли меня подождать, но я не отставала от них в этом марш-броске на бешеной скорости.
По ту сторону Дарна, у кромки льда, уже бушевала, рыча, свора голодных вампиров. Мне казалось, что я вижу их оскаленные пасти и гнилые языки даже за пеленой дождя. Сегодня была самая теплая ночь, с тех пор как я попала в Иррин, над рекой плыла вонь разлагающейся плоти с металлическим привкусом дурной черной крови – вонь, с которой не мог справиться даже дождь, – и меня затошнило. Я старалась дышать через рот, чтобы удержать на бегу содержимое желудка.
Кингфишер и Рэн резко остановились на излучине реки. Там, где Дарн делал крутой поворот, заснеженные берега сходились, образуя «бутылочное горлышко», за которым русло снова расширялось. В узком месте Иррин отделяли от Саназрота какие-то пятьдесят футов, и фидерам ничего не стоило перейти здесь через Дарн.
Страх пульсировал в моих венах, неуклонно нарастая, но я мысленно взяла себя за глотку железной хваткой и запретила поддаваться панике.
– Почему их так мало? – слегка задыхаясь, спросила я.
Вампиры и тут, на излучине, толпились напротив нас, но их было куда меньше, чем поодаль, в той части лагеря, где река была шире.
– Вода течет подо льдом, и в узком месте ее напор больше, а значит, и лед тоньше, – пояснил Кингфишер. – Идти по нему опаснее.
– Неужели фидеры это понимают? – с сомнением спросила я.
– Понимают, но не разумом, – отозвался Рэн. – Вампиры не решаются пройти над быстро бегущей водой, потому что чуют стремнину и боятся. Но рано или поздно кто-нибудь из них отважится ступить на лед. И тогда остальные последуют.
– А когда они это сделают, мы будем здесь, чтобы не пустить их на свой берег. – Кингфишер тревожным пристальным взглядом окинул свору вампиров, толкавшихся на другом берегу, и пробормотал: – Сегодня он не пришел.
Не было нужды спрашивать, о ком говорит Кингфишер. Мы с Рэном оба знали, что он имеет в виду Малькольма. Сребровласого короля вампиров нигде не было видно. Сегодня он послал своих слуг выполнить грязную работу, а сам явиться не соизволил. Меня это, однако, не расстроило. В прошлый раз при виде Малькольма, стоявшего на другом берегу, меня парализовало от леденящего ужаса, и я до сих пор еще чувствовала холодок в костях. Он был не выше большинства обычных фейрийских мужчин и субтильнее всех воинов в лагере. Но исходившее от него ощущение силы производило ошеломительное впечатление. Мне тогда показалось, что он каким-то образом дотянулся до меня с того берега, изучает, выискивает слабые места и давит на плечи, заставляя преклонить перед ним колени. Если я не увижу этого мертвеннолицего монстра еще тысячу лет, ни разу не соскучусь.
БУМ-БУМ!
БУМ-БУМ!
Гром молотов, крушивших толстый лед, теперь звучал в моих ушах, как двойные удары сердца, которое сбилось с нормального ритма.
– Будь готова, – сказал Кингфишер. От его рук струился черный дым, клубился у ног, утекал к кромке реки и скапливался там, не двигаясь дальше.
С восточной стороны донеслись крики, слившиеся в воинственный рев. Всматриваясь в колышущееся море тел на обеих берегах Дарна, я одновременно вздохнула с облегчением и похолодела от ужаса, когда первая волна вампиров хлынула там на лед, потому что в тот же самый миг великаны-ледоколы сотрясли застывшую поверхность реки так, что побежали трещины.
– Почти пробили, – заметил Рэн. – Теперь, можно считать, все кончено. Еще пара мощных ударов и…
Вампиры, столпившиеся напротив нас, будто поняли вдруг, что это их последний шанс форсировать Дарн, и один косматый старик с полуоторванной челюстью отважно ступил на лед. Рубаха висела на костлявом торсе истлевшими лохмотьями, рваные грязные штаны болтались на тощих бедрах. Челюсть моталась из стороны в сторону, с разорванных губ капал черный ихор. Старик шел, покачиваясь на гниющих ногах, через реку, а в сотне шагов от него, ближе к лагерю, Дарн раскололся – с оглушительным стоном лед поддался под ударами молотов и топоров. Вампиры посыпались там в проломы, мгновенно исчезая в разбушевавшейся реке. Эти мертвецы не могли ни плыть, ни просто держаться на воде. Некоторые безмозглые фидеры цеплялись за льдины, пытаясь остаться на плаву, но у них ничего не получалось – самым упрямым удавалось провисеть так не более десяти секунд, прежде чем их безжизненные руки теряли сцепление с гладким льдом, и они уходили на дно покрытого зыбью Дарна.
