Читаем Олимп онлайн бесплатно
Мысли обрели полную ясность. Он больше не думал о Шекспире, Китсе, религии, рае, смерти, политике, демократии. Харман думал о своих друзьях. Он видел смеющуюся Ханну в день плавки у реки; как ликовали ее друзья, отлив первый бронзовый артефакт за многие и многие тысячи лет! Видел учебный бой между Петиром и Одиссеем в те дни, когда бородатый грек подолгу распространялся о своей философии, затевая странные игры в вопросы-ответы на зеленом холме позади Ардис-холла. Сколько жизни, сколько радости было в этих занятиях!
Он помнил хрипловатый, циничный голос Сейви и ее еще более хриплый смех. А как они с Даэманом кричали от радости, когда Сейви вывезла их на вездеходе из Иерусалима, а тысячи войниксов безуспешно их преследовали! Лицо Даэмана как будто раздвоилось перед глазами: пухлый и эгоистичный взрослый ребенок в начале их знакомства и серьезный поджарый мужчина, которому можно доверить собственную жизнь, – таким Харман оставил его несколько недель назад, улетая из Ардиса на соньере.
Когда солнце вошло в Брешь так идеально, что его бока коснулись ее стен, – ему даже померещилось шипение пара, и он улыбнулся, – Харман принялся думать о своей любимой.
О ее улыбке, глазах и ласковом голосе. Он вспомнил смех Ады, ее прикосновения, их последнюю близость. Харман позволил себе вспомнить, как, отвернувшись друг от друга для сна, они почти сразу прижались телами для тепла. Сначала Ада обняла его правой рукой и прильнула к его спине, а позже ночью уже сам Харман приник к Адиной спине и безупречным ягодицам, тихонько сжал ладонью ее грудь и, даже засыпая, ощущал, как шевелится пробуждающееся желание.
Веки запеклись от крови; теперь Харман не мог ни моргнуть, ни по-настоящему закрыть глаза. Заходящее солнце – его нижний край уже ушел за горизонт Бреши – выжигало на сетчатке оранжевые и красные пятна, но это не имело значения. Харман знал, что после этого заката ему уже ни на что не смотреть. Так что он пытался удержать Аду в мыслях и в сердце, глядя, как верхнее полушарие солнца понемногу исчезает на западе.
Что-то вошло в поле зрения и загородило закат.
Несколько долгих мгновений умирающий разум не мог переварить эту информацию.
По-прежнему опираясь на правый локоть, Харман ребром левой ладони стер с глаз запекшуюся кровь.
Что-то стояло в Бреши меньше чем в двадцати футах к западу от Хармана. Должно быть, оно появилось из северной стены. Ростом и очертаниями это что-то походило на восьми-девятилетнего ребенка, но было одето в нелепый костюм из металла и пластика. Там, где у ребенка были бы глаза, Харман видел черную пластину.
«Перед смертью, когда мозг начинает отключаться из-за недостатка кислорода, – без спроса вмешалась молекула протеиновой памяти, – галлюцинации случаются довольно часто. Отсюда рассказы вернувшихся к жизни людей о „длинном туннеле“, который заканчивается „светом“ и…»
К черту. Харман смотрел на свет в конце длинного туннеля, хотя от солнца уже остался тонкий краешек и на зеркальных стенах Бреши плясали миллионы ярких серебряных бликов.
Но мальчик в черно-красном костюме из металла и пластика был настоящим.
Тут на глазах у Хармана сквозь северную стену Бреши протиснулось нечто гораздо более крупное и странное.
«Защитное поле пропускает только людей и то, что на них», – подумал Харман.
Однако второй пришелец ни в коей мере не походил на человека. Он был вдвое больше самых широких дрожек и напоминал исполинского механического краба с огромными клешнями, со множеством металлических ног и гигантским побитым панцирем, по которому, журча, бежали потоки воды.
«Меня не предупреждали, что предсмертные минуты бывают настолько забавны», – подумал Харман.
Похожее на ребенка существо приблизилось и заговорило по-английски.
– Сэр, – сказало оно мальчишеским голосом (примерно так Харман представлял себе голос своего будущего сына), – разрешите предложить вам помощь?
Только рассвело, и пятьдесят тысяч войниксов надвигались со всех сторон. Ада помедлила у Ямы, чтобы взглянуть на растерзанный труп Сетебосова отродья.
Даэман тронул ее за руку:
– Не горюй. Рано или поздно мы все равно бы его убили.
Ада покачала головой:
– Я ничуть не жалею, – и крикнула Ханне и Греоджи: – Поднимайте в воздух скайрафт!
Поздно. При первых же звуках атаки большинство охватила паника. Войниксы еще не показались из леса, однако четырехмильное кольцо сузилось уже раза в два. Еще минута, если не меньше, – и они будут в Ардисе.
– Нет! Нет! – кричала Ада, видя, как тридцать перепуганных людей лезут на медленно поднимающийся рафт.
Ханна пыталась удержать судно на трехфутовой высоте, но на борт лезли уже и другие.
– Взлетай! – крикнул Даэман. – Взлетай сейчас же!
Поздно. Тяжелая машина металлически заскулила, накренилась на правый бок и рухнула, раскидав людей по земле.
Ада с Даэманом бросились к упавшему рафту. Ханна подняла на них осунувшееся, побелевшее лицо:
– Он больше не заведется. Что-то сломалось.
– Не важно, – спокойно сказала Ада. – Он и один раз не дотянул бы до острова.
